Menu:

L'epoque de Napoleon...Austerlitz,Borodino, & Waterloo

Austerlitz...Español   Parte I

La Batalla de Austerlitz

La Batalla de Austerlitz (también conocida como la Batalla de los Tres Emperadores), tuvo lugar el 2 de Diciembre de 1805, a 5 kilómetros de la ciudad de Brno, en la actual República Checa. Fue una de las principales batallas de las Guerras Napoleónicas, y es considerada por muchos como el mayor triunfo militar de Napoleón. La batalla se luchó durante el período de la Guerra de la Tercera Coalición. En el conflicto participaron fuerzas del recientemente formado Primer Imperio Francés, contra los ejércitos del Imperio Ruso y el Imperio Austríaco. Luego de cerca de nueve horas de combate, las tropas francesas, al mando del Emperador Napoleón Bonaparte lograron obtener una victoria decisiva sobre el ejército austrorruso, comandado por el zar Alejandro I. A pesar de las dificultades de la lucha en varios sectores, la batalla es a menudo considerada como una obra maestra táctica.


La batalla de Austerlitz terminó de manera efectiva con la Tercera Coalición. El 26 de Diciembre de 1805, Austria y Francia firmaron el Tratado de Pressburg, que terminaba con la guerra y reforzaba los anteriores tratados de Campo Formio y de Lunéville, obligaba a Austria a ceder territorios a los aliados alemanes de Napoleón, e imponía una indemnización de 40 millones de francos a los derrotados Habsburgos. A las tropas rusas se les permitió regresar a su país. La victoria de Austerlitz también permitió la creación de la Confederación del Rin, una colección de estados alemanes que separaba a Francia del resto de Europa, como una barrera. En 1806, el Sacro Imperio Romano dejó de existir cuando el Sacro Emperador Romano, Francisco II mantuvo el nombre de Francisco I de Austria como su único título oficial. Éstos logros, sin embargo, no establecieron una paz duradera en el continente. Después de Austerlitz, la preocupación de Prusia ante la creciente influencia francesa en Europa Central desencadenó la Guerra de la Cuarta Coalición en 1806.

Preludio


Antes de Austerlitz, Europa se había visto envuelta en las Guerras Revolucionarias Francesas desde 1792. Después de cinco años de guerra, la Primera República Francesa dominó a la Primera Coalición en 1797. Una Segunda Coalición fue formada en 1798, pero también fue derrotada, en 1801. Reino Unido permaneció como único oponente del nuevo Consulado Francés.


De Amiens a la Tercera Coalición

]
En marzo de 1802, Francia y Reino Unido accedieron poner fin a las hostilidades con el Tratado de Amiens. Por primera vez en diez años, toda Europa se encontraba en paz. Sin embargo, existían muchos problemas entre los dos bandos, e implementar los acuerdos que se habían alcanzado en Amiens parecía ser un creciente reto. Los británicos se hallaban resentidos debido a la pérdida de todas sus conquistas coloniales desde 1793 y Francia se hallaba inconforme debido a que las tropas británicas no habían evacuado la isla de Malta. La tensa situación sólo empeoró cuando Napoleón envió una fuerza expedicionaria para sofocar la Revolución Haitiana. En Mayo de 1803, Reino Unido declaró la guerra a Francia.


En Diciembre de 1804, un acuerdo anglo-sueco condujo a la creación de la Tercera Coalición. El Primer Ministro británico, William Pitt mantuvo, entre 1804 y 1805 una gran actividad política, con el fin de formar una nueva coalición contra Francia. En 1805, Rusia y Gran Bretaña firmaron un tratado de alianza. El Mar Báltico se hallaba dominado por los rusos, muy a pesar de los británicos, ya que el dominio de dicho mar proveía a los rusos de comodidades tales como leña, alquitrán y cáñamo, recursos cruciales para el Imperio Británico. Además, los británicos apoyaban al Imperio Otomano contra las incursiones rusas hacia el Mar Mediterráneo. Mientras tanto, los reacomodos territoriales franceses en Alemania acontecieron sin consultar a Rusia y las anexiones de Napoleón en el valle del Po debilitaron las relaciones entre los dos países. Habiendo sido derrotada recientemente en dos ocasiones por Francia, y sedienta de venganza, Austria también se unió a la coalición unos meses después.


Los Campos de Boulogne y la Grande Armée


Previo a la formación de la Tercera Coalición, Napoleón había reunido el "Ejército de Inglaterra", una fuerza de invasión que estaba destinada a atacar las Islas Británicas, en Boulogne, al norte de Francia. A pesar de no haber puesto un pie en suelo británico, las tropas de Napoleón recibieron un cuidadoso e invaluable entrenamiento para cualquier posible operación militar.
Los hombres en Boulogne formaron la base para lo que Napoleón llamaría más tarde "La Grande Armée". Al principio, este ejército francés se componía de unos 200.000 hombres organizados en siete cuerpos, los cuales eran grandes unidades que contenían cerca de 40 cañones cada una y eran capaces de accionar independientemente hasta que otros cuerpos le dieran asistencia. Al frente de esas fuerzas, Napoleón creó una reserva de caballería de 22.000 hombres organizada en dos divisiones de coraceros, cuatro divisiones de dragones montados y dos divisiones de dragones desmontados y caballería ligera, todas apoyadas por 24 piezas de artillería. Para 1805, la Grande Armée había crecido hasta convertirse en una fuerza de 350.000 hombres. Se hallaba bien equipada, bien entrenada y poseía una competente clase de oficiales.


Los ejércitos de Austria y Rusia


El ejército ruso en 1805 tenía muchas características de la organización del viejo régimen: no había formación permanente por encima del nivel regimental, los oficiales veteranos eran reclutados de los círculos aristocráticos, y el soldado ruso común, apegado a la costumbre del siglo XVIII, era regularmente golpeado y castigado con el fin de disciplinarlo. Además, muchos oficiales de bajo nivel estaban pobremente entrenados y tenían dificultad en dirigir a sus hombres, especialmente en complejas maniobras requeridas en batalla. Sin embargo, los rusos contaban con artillería de primera calidad, manejada por hombres que por lo regular luchaban para evitar que éstas armas cayeran en manos enemigas.
El Archiduque Carlos, hermano del emperador austríaco, había iniciado una serie de reformas en el ejército austríaco en 1801, removiendo poder y atribuciones al Hofkriegsrat, el concilio político-militar responsable de la toma de decisiones dentro de las fuerzas armadas austriacas. Sin embargo, el archiduque no era popular en la corte real y perdió mucha de su influencia cuando, en contra de su consejo, Austria declaró la guerra a Francia. Karl Mack se convirtió en el principal comandante del ejército austriaco, instituyendo reformas en la infantería en vísperas de la guerra, que establecían que un regimiento debía estar compuesto por cuatro batallones de cuatro compañías cada uno, en lugar de la anterior organización que consistía en tres batallones de seis compañías cada uno. El cambio repentino se dio sin el entrenamiento de oficiales correspondiente, y como resultado, éstas nuevas unidades no fueron comandadas tan bien como pudieron haber sido. Las fuerzas de caballería austriacas se consideraban como las mejores de Europa, pero la separación de numerosas unidades de caballería para incorporarse a varias formaciones de infantería impidió que contaran con el poder de sus enemigos franceses.


Movimientos Preliminares


En Agosto de 1805, Napoleón, Emperador de Francia desde mayo del año anterior, centró la atención de su ejército del Canal de la Mancha al río Rin con el fin de hacer frente a las amenazas de los ejércitos ruso y austríaco. El 25 de Septiembre, luego de una gran movilización que se mantuvo en secreto, 200.000 soldados franceses comenzaron a cruzar el Rin en un frente de 300 kilómetros. Mack había reunido a la mayor parte del ejército austríaco en la fortaleza de Ulm, en Baviera. Napoleón esperaba colocar a sus tropas al norte y realizar un giro que encontraría a los franceses con la retaguardia austríaca. La maniobra de Ulm fue bien ejecutada el 20 de Octubre. Mack y 20.000 tropas austríacas se rindieron en Ulm, sumando un total de 60.000 prisioneros en lo que iba de la campaña. A pesar de que la espectacular victoria fue eclipsada por la derrota de la flota franco-española en la Batalla de Trafalgar el día siguiente, el triunfo francés en el continente continuó al caer Viena en Noviembre, repleta con 100.000 mosquetes, 500 cañones y varios puentes intactos a lo largo del Danubio.
Mientras tanto, la tardía llegada del ejército ruso al mando del general Kutúzov le impidió salvar a los ejércitos austríacos, por lo que Kutúzov decidió replegarse hacia el noreste para esperar refuerzos y para reunirse con las tropas austríacas supervivientes. Los franceses los siguieron pero pronto se hallaron en una difícil situación: las intenciones de Prusia eran desconocidas y podrían ser hostiles, los rusos y los austríacos se habían encontrado, y para dificultar más la situación, las líneas de comunicación de Napoleón eran extremadamente largas y requerían estar fuertemente custodiadas para mantenerse abiertas. Napoleón se dio cuenta de que era necesario forzar a los Aliados a luchar. Afortunadamente para él, el zar ruso estaba ansioso de luchar.


Austerlitz...Español   Parte II

Napoleon at Austerlitz...

Austerlitz...Español   Parte III

La Batalla de Austerlitz

La batalla

Napoleón pudo reunir unos 75.000 hombres y 157 piezas de artillería para la batalla, pero alrededor de 7.000 soldados al mando del general Davout se encontraban lejos, al sur, en dirección a Viena. Los Aliados contaban con alrededor de 73.000 hombres, la mayor parte de ellos (70%) eran rusos. Contaban con 318 piezas de artillería. El 1 de Diciembre, ambos bandos ocuparon sus posiciones.

El campo de batalla ...
La parte norte del campo de batalla estaba dominado por las colinas de Santon, de 210 metros, y de Zuran, de 260 metros. Al oeste de éstas dos colinas se encontraba la villa de Bellowitz (Bedřichovice), y entre las dos corría un arroyo, de nombre Bosenitz, cuya corriente se dirigía al sur, para encontrarse con el arroyo Goldbach (Zlatý potok). Al centro de toda esa área se encontraba la colina de Pratzen (Pratecká výšina), de alrededor de 40 metros de altura. Se dice que Napoleón dijo repetidamente a sus mariscales: "Caballeros, examinen éste territorio con cuidado, será un campo de batalla, y ustedes jugarán un papel en él".


Planes y disposiciones de los Aliados ...
Una asamblea de los Aliados se reunió el 1 de Diciembre, con el fin de discutir proposiciones para la batalla. La mayoría de los estrategas aliados tenían dos ideas fundamentales en mente: hacer contacto con el enemigo y asegurar el flanco sur que conducía a Viena. A pesar de que el Zar y su círculo inmediato ansiaban una batalla, el Emperador Francisco de Austria era más cauteloso, y era apoyado por el general Kutúzov, el principal comandante ruso. La presión por luchar de parte de los nobles rusos y los comandantes austríacos, sin embargo, fue muy fuerte, y los Aliados adoptaron un plan de batalla, el cual consistía en una ofensiva principal contra el flanco izquierdo francés, que se hallaba ligeramente defendido. Los Aliados desplegaron a la mayoría de sus tropas en cuatro columnas que atacarían el flanco derecho de los Imperial Rusa se mantendría de reserva mientras las tropas al mando del general Piotr Bagratión


Planes y disposiciones de los Franceses ...
Días antes de la batalla, Napoleón había hecho creer a los Aliados que su ejército se encontraba en un estado de debilidad y que deseaba la paz. Pero en realidad, esperaba que los Aliados lo atacaran, y para orillarlos a eso deliberadamente debilitó su flanco derecho.
Napoleón se reunió en el Cuartel Imperial con sus mariscales, quienes le comunicaron sus temores acerca de la batalla que se avecinaba, incluso llegaron a sugerir la retirada, pero el Emperador los rechazó y continuó con sus planes. El plan de Napoleón preveía que los Aliados lanzarían tantas tropas para envolver el debilitado flanco izquierdo francés que su centro se debilitaría severamente. Napoleón contaría con un enorme empuje francés, que sería conducido por 17.000 sodados del IV Cuerpo al mando del general Soult, a través del debilitado centro Aliado. Mientras tanto, para reforzar su flanco derecho, Napoleón ordenó al IIIer Cuerpo del general Davout a forzar la marcha desde Viena para unirse al general Legrand, que mantenía el flanco extremo sur que lidiaría con la parte más difícil del ataque del ejército Aliado. Los soldados de Davout tenían 48 horas para marchar 70 millas (110 km). Su llegada sería crucial a la hora de determinar el triunfo o el fracaso del plan francés.
Al salir el sol, los 17.000 franceses del flanco izquierdo, dos divisiones francesas, salieron del valle frente la meseta para lanzarse sobre el enemigo por detrás apoyados por una espesa niebla. "Un ataque rápido y la guerra habrá terminado" en palabras del propio Napoleón. A las 9:30 de la mañana, los franceses controlaron la meseta de Pratzen desde la retaguardia enemiga y demolieron el centro de la posicion enemiga. El zar Alejandro I, tras ver cundir el pánico en la meseta no volvió a participar en la batalla. A las 17:00 la batalla finalizó dejando un campo sembrado de cadáveres.
La Guardia Imperial y el Ier Cuerpo se mantuvieron en reserva mientras el 5 Cuerpo bajo las órdenes del general Jean Lannes protegía el sector norte del campo de batalla.
9.000 soldados franceses murieron frente a 16.000 soldados austriacos y rusos. El zar ruso se retiró del campo de batalla, pero el emperador austriaco Francisco I negoció la rendición con el emperador de Francia.


Krieg und Frieden...Borodino  Teil I ...Deutsch

Аустерлиц...

Би́тва под Ау́стерлицем — решающая битва 1-й австрийской кампании 1805 против третьей антинаполеоновской коалиции, созданной европейскими державами. Сражение вошло в историю как «битва трёх императоров», поскольку против императора Наполеона I в этой битве сражались армии ещё двух императоров — австрийского Франца II и русского Александра I Павловича. Эта одна из крупнейших битв наполеоновской эпохи.Силы и планы сторон


Сражение состоялось 2 декабря 1805 г. (новый стиль). Союзная армия насчитывала ок. 85 000 человек (60-тысячная армия русских, 25-тысячная австрийская армия с 278 орудиями) под общим командованием генерала М. И. Кутузова Общая численность французской армии, прибывшей вслед за Кутузовым в район Аустерлица составляла до 200 тыс. человек, что фактически предопределяло исход генерального сражения. Однако на поле боя стояли войска численностью 73 500 человек. Демонстрацией превосходящих сил Наполеон опасался вспугнуть союзников. Кроме того, предвидя развитие событий, он считал, что и данных сил будет достаточно для победы. Ночью 2 декабря 1805 г. союзные войска изготовились к бою в таком порядке:


Три первые русские колонны генерал-лейтенантов Д. С. Дохтурова, А. Ф. Ланжерона и И. Я. Пржибышевского составляли левое крыло под общим командованием генерала от инфантерии Ф. Ф. Буксгевдена; 4-я русско-австрийская колонна генерал-лейтенантов И. К. Коловрата и М. А. Милорадовича — центр, непосредственно подчинённый Кутузову. 5-я колонна генерал-лейтенанта П. И. Багратиона (13 000 чел.) и австрийского князя И.Лихтенштейна (4600 чел.) составляла правое крыло, которым командовал Багратион. Гвардейский резерв раполагался за 4-й колонной (3500 чел.) и им командовал Великий Князь Константин Павлович. Австрийский и русский императоры находились при 4-й колонне. План сражения, предложенный австрийским генералом Вейротером, состоял в обходе французской армии левым крылом, на котором находилось до половины всей союзной армии. Численность французской армии Вейротер определял не более чем в 40 тыс. человек, крайне низко отзывался о полководческих качествах Наполеона и не предусматривал каких-либо ответных действий с его стороны. Кутузов, не согласный с планом Вейротера, не предлагал и собственного плана наступления, будучи хорошо осведомлен о численности французской армии, преследовавшей его. В то же время Кутузов не подал царю прошение об отставке, разделив, таким образом, ответственность за поражение с Александром и Вейротером.


Ход сражения


Наполеон был осведомлен о том, что фактическое командование союзной армией принадлежит не Кутузову, а Александру, склоненному принимать планы австрийских генералов. Начавшая наступление союзная армия попала в ловушку, которую осуществил Наполеон: Он угадал, что австрийское командование будет стремится отрезать его от дороги к Вене и от Дуная, чтобы окружить или загнать к северу, в горы, и для этого предпримет широкое обходное движение левым крылом против правого фланга французской армии, при котором фронт союзной армии должен будет неминуемо растянуться. Наполеон сконцентрировал войска в центре, против Праценских высот, создавая у австрийского командования видимость возможности быстрого окружения своей армии, и одновременно изготовив свои войска для стремительного удара по центру союзников. Наступление французских войск на Праценские высоты началось в 9-м часу дня, когда левое крыло союзников, еще в сумерках начавшее фланговое движение, по мнению Наполеона, достаточно отдалилось от центра. Малочисленный центр русской армии, состоявший из одной Гвардии (3 500 человек) оказывая героическое сопротивление французским войскам и обращая их контратаками в бегство, не имел другого выхода, как отступить под натиском главных сил французской армии (на Праценские высоты было направлено св. 50 тыс человек). После занятия Праценских высот Наплеон направил удар главных сил на левое крыло союзников, которое оказалось охвачено с фронта и тыла. Только тогда командующий левым крылом союзников Бугсгевден, увидев общую картину сражения, начал отступление. Часть его войск была отброшена к прудам и оказалась вынуждена отступать по замерзшему льду. Наполеон, заметив это движение, приказал бить ядрами в лед. Впрочем, как показали позднейшие исследования французских историков, при этом отступлении потонуло в прудах и погибло от огня артиллерии от 800 до 1000 человек, тогда как Наполеон в победном беллютене говорил о 20 000 утонувших (см. Кастело. Наполеон.т 2). Правое крыло союзной армии под командованием Багратиона, четко и хладнокровно управлявшего своими войсками, оказывая жесткое сопротивление, вынужденно было так же отступить после того, как Наполеон направил против него в помощь своему левому крылу и кавалерию Мюрата. Императоры Александр и Франц бежали с поля боя еще задолго до окончания сражения. Александр дрожал и плакал, потеряв самообладание. Его бегство продолжалось и в следующие дни. Раненый Кутузов едва спасся от плена.

Итоги и значение Аустерлица


Союзные войска потеряли до 27 тыс. человек, причем большую часть 21 тыс. — русские. Потери французов, по разным данным, составили 9—12 тыс. человек. После этой битвы австрийский император Франц заявил Александру о том, что продолжать борьбу бессмысленно. Результатом сражения стал выход из войны Австрии и распад Третьей антифранцузской коалиции европейских держав. Россия продолжала войну с Францией в составе Четвертой коалиции.


Поражение под Аустерлицем произвело большое впечатление на русскую общественность, считавшую русскую армию непобедимой со времен Нарвского сражения (Цорндорфское сражение в России не преподносилось как поражение), однако не стало причиной упадка духа в русской армии и народе.
Сражение при Аустерлице в популярной исторической литературе часто рассматривается как пример сражения, приведшего к полному разгрому противника. На самом деле это сражение, безусловно, одно из самых выдающихся, проведенных Наполеоном, является примером обратного. После поражения, которое потерпела союзная армия на всех пунктах, основная масса русских войск (около 50 тыс. человек) под натиском и обстрелом сумела отступить организованно, забрав с собой более половины артиллерии и составляла основу войск, сражавшихся и при Прейсиш - Эйлау и при Фридланде. Французы же, одержав победу, оказались в положении, не весьма выгодном для преследования и развития успеха против отступающего, но многочисленного и ожесточенного противника. Наиболее тяжелое поражение союзники потерпели на левом крыле, однако, после переправы через Сачанские пруды, наибольшая глубина которых доходила по грудь, чаще по колено либо по пояс, воздействие на них со стороны французских войск закончилось, ибо последние не двинулись преследовать союзников на противоположный берег. Таким образом в Аустерлицком сражении, в отличие от битвы при Каннах, при Треббии в 1799 г, при Ватерлоо не было достигнуто уничтожения основной массы войск противника. Однако Аустерлицкое сражение все же является выдающимся примером военного искусства. Оно характерно достижением полной победы путем единственного простого маневра, осуществленного в безошибочно выбранный момент времени, хотя не в меньшей мере - и бездарностью командования союзной армии.




Krieg und Frieden...Borodino  Teil II...Deutsch
 

La Battaglia di Austerlitz

Nella battaglia di Austerlitz (2 dicembre, 1805), durante le guerre napoleoniche della terza coalizione, una armata francese di approssimativamente 73 mila uomini comandati da Napoleone sconfisse in maniera decisiva una armata congiunta formata da russi e austriaci e composta da oltre 89 mila uomini, comandata dal generale russo Kutuzov e dal comandante del contingente austriaco, il generale Franz von Weyrother. Austerlitz (l'attuale città di Slavkov u Brna nella Repubblica Ceca) si trova in Moravia, approssimativamente a 20 Km da Brno.


La battaglia di Austerlitz fu preceduta da una significativa sconfitta del generale austriaco Karl Mack von Leiberich a Ulm. Con una rapida concentrazione di forze che non aveva precedenti, Napoleone era riuscito ad accerchiare Mack, che si ritrovò isolato nella città di Ulm. Il 20 ottobre Mack si era arreso quasi senza combattere aprendo a Napoleone la strada verso la capitale austriaca, Vienna.


Napoleone aveva bisogno di una battaglia decisiva: i suoi soldati erano ormai stanchi per una lunga campagna, le sue linee di comunicazione si erano allungate eccessivamente e soprattutto non poteva allontanarsi per un troppo tempo dalla Francia essendo capo assoluto di tutta la macchina amministrativa dell'impero.
Bonaparte al fine di inoculare negli alleati un senso di superiorità fece credere ai medesimi che la sua posizione era insostenibile, mostrandosi molto accondiscendente nelle trattative diplomatiche e facendo abbandonare dai suoi soldati l'altura del Pratzen, che dominava il campo di battaglia.


Furono i russi a rompere gli indugi attaccando il fianco destro che Napoleone aveva volontariamente lasciato leggermente sguarnito. Gli alleati avevano concentrato la gran parte dei loro uomini sull'ala destra napoleonica ma le loro truppe si ostacolavano a vicenda non essendo presente il necessario spazio di manovra.


Gli alleati avevano attaccato proprio l'ala destra in quanto era sulla strada che portava a Vienna, capitale austriaca e probabile linea di ritirata di Napoleone. Concentrando le truppe sull'ala predetta gli alleati avevano tuttavia lasciato in minima parte sguarnito il centro che Napoleone non esitò a caricare, assegnandone lo sgominameto ad una riserva composta da 17.000 soldati, al comando del maresciallo Soult.
Le forze di Kutuzov furono sorprese dall'improvvisa manovra e, dopo un duro combattimento, furono messe in rotta. Con il centro sbaragliato, le due ali della coalizione furono tagliate fuori e poco dopo incominciarono a ritirarsi fino a fuggire disordinatamente. Non appena Napoleone ebbe modo di osservare la fanteria russa ripiegare sugli stagni di Monitz e sul lago palustre di Satschan, dispose alla propria artiglieria di aprire il fuoco sulle lastre di ghiaccio da cui erano ricoperti. Svariati soldati russi e austriaci annegarono nelle acque ghiacciate del lago.


Dopo la conta delle perdite il successo francese risultò devastante per il nemico: 9 mila tra morti, feriti e prigionieri francesi contro gli oltre 25 mila dell'armata austro-russa.


A seguito della disfatta i russi si ritirarono dall'Austria e gli austriaci furono costretti a firmare il 26 dicembre il Trattato di Presburgo concedendo molti territori ai francesi.


La battaglia di Austerlitz è spesso detta Battaglia dei tre Imperatori simboleggiando lo scontro tra l'Imperatore Napoleone I, lo Zar Alessandro I di Russia, e l'imperatore del Sacro Romano Impero Francesco II.


Tuttora la battaglia di Austerlitz, eretta a paradigma dell'arte tattica, è considerata un capolavoro inimitabile del genio strategico di Napoleone Bonaparte, sia per la capacità di manovra e di intuito militare del vincitore che a causa notevoli risultati ottenuti sul piano politico e territoriale, con poche perdite e con un esercito di consistenza numerica inferiore a quella del nemico.


Krieg und Frieden...Borodino  Teil III...Deutsch

Бородинское Сраженне...Часть 1

Бороди́нское сраже́ние (во французской традиции — сражение на Москве-реке, фр. Bataille de la Moskowa) — крупнейшее сражение Отечественной войны 1812 года между русской и французской армиями. Состоялось 7 сентября (26 августа по старому стилю) 1812 г. у села Бородино (в 125 км западнее Москвы).

12-часовое сражение, в ходе которого французам удалось захватить позиции русской армии в центре и на левом крыле, завершилось отходом французской армии после прекращения боевых действий на исходные позиции. На следующий день русская армия возобновила отступление.

Русский историк Н.П. Михневич сообщил такой отзыв Наполеона о сражении:

«Из всех моих сражений самое ужасное то, которое я дал под Москвой. Французы в нём показали себя достойными одержать победу, а русские стяжали право быть непобедимыми... Из пятидесяти сражений, мною данных, в битве под Москвой выказано [французами] наиболее доблести и одержан наименьший успех.»

По воспоминаниям французского генерала Пеле, участника Бородинской битвы, Наполеон часто повторял подобную фразу: " «Бородинское сражение было самое прекрасное и самое грозное, французы показали себя достойными победы, a русские заслужили быть непобедимыми».Предыстория С начала вторжения французской армии на территорию Российской Империи в июне 1812 года русские войска постоянно отступали. Быстрое продвижение и подавляющее численное превосходство французов лишали возможности главнокомандующего русской армией, генерала Барклая-де-Толли, подготовить войска к сражению. Затянувшееся отступление вызвало общественное недовольство, поэтому Александр I сместил Барклая-де-Толли и назначил главнокомандующим генерала-от-инфантерии Кутузова. Однако и ему пришлось отступать, чтобы выиграть время для сбора всех сил.

22 августа (по ст. стилю) русская армия, отступавшая от Смоленска, расположилась у села Бородино, в 124 км от Москвы, где Кутузов решил дать генеральное сражение; откладывать его дальше было невозможно, так как император Александр требовал от Кутузова остановить продвижение Наполеона к Москве. 24 августа (5 сентября) состоялось сражение при Шевардинском редуте, которое задержало французские войска и дало возможность русским построить укрепления на основных позициях.



 Расстановка сил к началу битвы 

Численность Общая численность русской армии определяется мемуаристами и историками в широком диапазоне 110—150 тыс. человек:

103 тыс. регулярных войск (72 тыс. пехоты, 17 тыс. кавалерии, 14 тыс. артиллерия) с 640 орудиями, 7 тыс. казаков и 10 тыс. ратников ополчения — итого 120 тыс. человек. Из мемуаров генерала Толя: 95 тыс. регулярных войск, 7 тыс. казаков и 10 тыс. ратников ополчения, 640 орудий . Всего 112 тысяч человек. Историк Тарле сообщает близкие цифры, но увеличивает количество регулярных войск до 110 800 солдат, то есть всего было 127 800 человек. Подсчёт русских сил согласно ведомостям на 5 сентября: 114 тыс. регулярных войск с 624 орудиями, 9500 казаков и 31700 ратников ополчения. Итого:155 200 человек. В данном случае в состав действующих войск включили ополчения, которые, согласно документам, находились далеко от места битвы в Можайске. Наполеон в своём письме к жене сразу после битвы оценил численность русской армии в 120 тысяч человек.
Разночтения связаны главным образом с ополчением, численность участвующих в сражении точно неизвестна. Ополченцы были необучены, многие вооружены только пиками. В основном они выполняли вспомогательные функции, такие как строительство укреплений и вынос раненых с поля боя. Расхождение численности регулярных войск вызваны тем, что не решена проблема все ли рекруты, приведенные Милорадовичем и Павлищевым (около 10 тысяч), были включены в состав полков до сражения.

Численность французской армии оценивается более определенно: 130—150 тысяч человек и 587 орудий:

Согласно данным Шамбре, перекличка, проведенная 2 сентября, показала наличие в составе французской армии 133 815 строевых чинов (за некоторых отставших солдат их товарищи отозвались «заочно», рассчитывая, что те догонят армию). Однако это число не учитывает 1 500 сабель кавалерийской бригады Пажоля, подошедших позже, и 3 тыс. строевых чинов главной квартиры. За вычетом потерь, понесенных за время между перекличкой и началом сражения, общую численность французской армии можно определить в 135 тыс. человек. Состояние французской армии на основании переклички, произведенной в Гжатске 2 сентября: пехота — 84 504, кавалерия — 21 662, артиллерия и обоз — 15 857 человек (553 орудия), всего 122 тысячи. В это число входит Императорская гвардия с 19 тысячами. Если добавить части, которые подошли или могли подойти к 7 сентября, то общее количество возрастет до 135 тыс. солдат. В то же время историк Троицкий на основании данных той же переклички насчитывает во французской армии только 133 819 человек.
По мнению Клаузевица (на основании сведений, видимо, Шамбре) французская армия перед Бородино насчитывала 130 тыс. солдат и 587 орудий.
Однако учёт в составе русской армии ополченцев подразумевает добавление к регулярной французской армии многочисленных «некомбатантов», присутствовавших во французском лагере и по боеспособности соответствовавших русским ополченцам. В таком случае численность французской армии возрастет на 15—20 тысяч (до 150 тыс.) человек. Подобно русским ополченцам, французские некомбатанты выполняли вспомогательные функции — выносили раненых, разносили воду и т.п.

Для военной истории традиционно проведение различия между общей численностью армии на поле боя и войсками, которые были введены в бой. Однако по соотношению сил, принявших непосредственное участие в сражении 26 августа французская армия также имела численный перевес. Согласно энциклопедии «Отечественная война 1812 года», в конце сражения у Наполеона оставалось в резерве 18 тыс., а у Кутузова 8—9 тыс. регулярных войск (в частности гвардейские Преображенский и Семёновский полки), т. е. разница в резервах составляла 9-10 тыс. человек против вдвое-втрое большей разницы численности регулярных войск армий в начале сражения. В то же время Кутузов говорил, что русские ввели в бой «всё до последнего резерва, даже к вечеру и гвардию», «все резервы уже в деле» . Однако следует учитывать, что Кутузов утверждал это, имея целью оправдать отступление. Между тем достоверно известно, что ряд русских частей (напр. 4, 30, 48 егерские полки) не принимали прямого участия в битве, а только понесли потери от артиллерийского огня противника.

Если оценивать качественный состав двух армий, то можно обратится к мнению участника событий маркиза Шамбре который отмечал, что французская армия имела превосходство, так как её пехота состояла в основном из опытных солдат, тогда как у русских было много новобранцев. Кроме того, преимущество французам давало значительное превосходство в тяжелой кавалерии.



 Начальная позиция

Начальная позиция, выбранная Кутузовым, выглядела как прямая линия, идущая от Шевардинского редута на левом фланге через большую батарею, названную позднее батареей Раевского, деревню Бородино в центре к деревне Маслово на правом фланге.

Два фланга русской позиции занимали по 4 км, но были явно не равнозначны. Правый фланг обороняла 1-я армия Барклая де Толли в составе 3-х пех. и 3-х кав. корпусов и резервов (76 тыс. солдат), фронт его позиции прикрывала река Колоча. Левый фланг выдавался далеко вперёд, его защищала меньшая по численности 2-я армия Багратиона (34 тыс. солдат). Кроме того, левый фланг не имел сильных естественных препятствий перед фронтом как правый. Наконец, в тыл левому флангу вела старая Смоленская дорога. После потери 24 августа (5 сентября) Шевардинского редута позиция левого фланга стала ещё более уязвимой и опиралась только на три недостроенных флеши.

Наполеон мог обойти русскую армию по старой Смоленской дороге,но этот маневр мог вынудить русскую армию к дальнейшему отступлению. Император же был жизненно заинтересован в генеральном сражении, которое бы прекратило поход в глубины огромной враждебной страны.


Все вышеперечисленные факторы определили направление главного удара Наполеона, который сконцентрировал напротив русского левого фланга силы в количестве до 95 тыс. солдат. Для отвлекающих действий в ходе сражения в центре и против правого фланга Наполеон выделял не более 40 тыс. солдат.

Позиция Кутузова неоднозначно оценивается военными историками. Западные историки в основном указывают на слабость левого фланга, что привело к потере всех укреплений и, как следствие, к последующему отступлению.Российские и, особенно, советские источники указывают на особый замысел Кутузова, который заставил Наполеона атаковать именно левый фланг. Историк Тарле приводит точные слова Кутузова:

«Когда неприятель... употребит в дело последние резервы свои на левый фланг Багратиона, то я пущу ему скрытое войско во фланг и тыл

Однако накануне битвы 3-й пех. корпус Тучкова 1-го был выведен из засады позади левого фланга по приказу начальника штаба Беннигсена без ведома Кутузова. Действия Беннигсена оправдываются его намерением следовать формальному плану битвы.

В ночь на 26 августа (7 сентября) часть русских сил была придвинута к левому флангу, что несколько уменьшило диспропорцию сил и сыграло свою роль в срыве замысла Наполеона, вопреки которому фланговая атака, ведущая по его плану к разгрому русской армии, выросла в кровопролитное фронтальное сражение.



Ход сражения 


 Бой за Шевардинский редут

Накануне главного сражения, ранним утром 24 августа (5 сентября) русский арьергард под командованием генерал-лейтенанта П. П. Коновницына, находившийся у Колоцкого монастыря в 8 км к западу от расположения главных сил, был атакован авангардом противника. Завязался упорный бой, продолжавшийся несколько часов. После того, как было получено известие об обходном движении противника, Коновницын отвёл войска за реку Колочу и присоединился к корпусам, занимавшим позицию в районе деревни Шевардино.

Около Шевардинского редута был размещён отряд генерал-лейтенанта А. И. Горчакова. Всего под командованием Горчакова находилось 11 тысяч войск и 46 орудий. Для прикрытия Старой Смоленской дороги остались 6 казачьих полков генерал-майора А. А. Карпова-2.

Армия Наполеона подходила к Бородину тремя колоннами. Основные силы — три кав. корпуса Мюрата, пехотные корпуса Даву, Нея, Жюно и гвардия — двигались по новой Смоленской дороге. Севернее их наступали пех. корпус вице-короля Евгения Богарне и кав. корпус Груши. По старой Смоленской дороге приближался корпус генерала Понятовского. Против защитников укрепления было направлено 35 тыс. пехоты и кавалерии, 180 орудий.

 

Неприятель, охватывая Шевардинский редут с севера и юга, пытался окружить войска Горчакова.

Французы дважды врывались на редут, и каждый раз пехота Неверовского выбивала их. На Бородинское поле спускались сумерки, когда противнику ещё раз удалось овладеть редутом и ворваться в деревню Шевардино, но подошедшие русские резервы из 2-й гренадерской и 2-й сводно-гренадерской дивизий отбили редут.

Бой постепенно ослабел и, наконец, прекратился. Кутузов, считая выполненной задачу, поставленную перед защитниками редута, приказал генерал-лейтенанту Горчакову отвести войска к главным силам за Семёновский овраг.

Весь день 25 августа (6 сентября) войска обеих сторон готовились к предстоящему сражению.



[править] Начало битвы В 5:30 утра 26 августа (7 сентября) более 100 французских орудий начали артиллерийский обстрел позиций левого фланга. Одновременно с началом обстрела на центр русской позиции, село Бородино, под прикрытием утреннего тумана в отвлекающую атаку двинулась дивизия Дельзона из корпуса Евгения Богарне. Село оборонял л.-гв. Егерский полк под командованием полковника К. И. Бистрома. Более часа егеря отбивались от четырёхкратно превосходящего противника, однако под угрозой обхода с фланга отступили за р. Колочу. Вслед за ними переправился и 106-й линейный полк французов.

Барклай де Толли направил на помощь 1-й, 19-й и 40-й егерские полки, которые сбросили французов в реку и сожгли мост через Колочу.

Из донесения главнокомандующего русской армии генерала-от-инфантерии Кутузова М.И.:

Французы, ободрёные занятием села Бородино, бросились вслед за егерями и почти вместе с ними перешли по мосту, но гвардейские егери, подкрепленные полками, пришедшими с полковниками Вуичем и Карпенковым… истребили совершенно 106-й неприятельский полк, перешедший на наш берег. 




Багратионовы флеши Флеши накануне сражения были заняты 2-й сводно-гренадерской дивизией под командованием М. С. Воронцова. В 6-м часу утра после непродолжительной канонады началась атака французов на Багратионовы флеши. В первой атаке французские дивизии Дессе и Компана, преодолев сопротивление егерей, пробились через Утицкий лес, но, едва начав строиться на опушке напротив самой южной флеши, попали под картечный огонь и были опрокинуты фланговой атакой егерей.

В 8-м часу утра французы повторили атаку и захватили южную флешь. Багратион на помощь 2-й сводно-гренадерской дивизии направил 27-ю пех. дивизию Неверовского, а также Ахтырских гусар и Новороссийских драгун для удара во фланг. Французы оставили флеши, понеся при этом большие потери. Были ранены оба дивизионных генерала Компан и Дессе, контужен при падении с убитого коня командир корпуса, маршал Даву, ранены практически все бригадные командиры.

Для 3-й атаки Наполеон усилил атакующие силы ещё тремя пех. дивизиями из корпуса Нея, тремя кав. корпусами Мюрата и артиллерией, доведя её численность до 160 орудий.


В ходе 4-й атаки на флеши численность французов была доведена до 35 тысяч пехоты и кавалерии, 186 орудий. После упорного боя около 10 часов утра флеши были захвачены французами. Успех французов оказался недолговременным из-за обстрела позиций подоспевшим артиллерийским резервом Кутузова. После отчаянной контратаки флеши были снова отбиты, а маршал Мюрат чуть не попал русским кирасирам в плен, едва успев скрыться в рядах вюртембергской пехоты.

В ходе 5-й атаки французы ворвались на флеши, но контратака подоспевшей 3-й пех. дивизии Коновницына исправила положение. В схватке погиб генерал-майор Тучков 4-й, возглавивший атаку Ревельского и Муромского полков.

Во это время через Утицкий лес в тыл флешей пробился 8-й французский (Вестфальский) корпус Жюно. Положение спасла 1-я конная батарея, которая в это время направлялась в район флешей. Её командир капитан Захаров, увидев угрозу флешам с тыла, спешно развернул орудия и открыл огонь по врагу, строившемуся к атаке. Подоспевшие 4 пех. полка 2-го корпуса Багговута оттеснили в Утицкий лес корпус Жюно и нанесли ему огромные потери. При повторном наступлении корпуса Жюно он был полностью разгромлен в штыковой контратаке. Русские войска заняли Утицкий лес.

К очередной атаке в 11-м часу утра Наполеон сконцентрировал против флешей около 45 тыс. пехоты и кавалерии, и почти 400 орудий. Эту решающую атаку отечественная историография называет 8-й, учитывая атаки корпуса Жюно на флеши (6-ю и 7-ю) (без учета атак Жюно это была 6-я атака). Багратион, видя, что артиллерия флешей не может остановить движение французских колонн, возглавил всеобщую контратаку левого крыла, общая численность войск которого составляла приблизительно лишь 20 тыс. человек. Натиск первых рядов русских был остановлен и завязался жестокий рукопашный бой, продолжавшийся более часа. Перевес склонялся на сторону русских войск, но во время перехода в контратаку раненный осколком ядра в бедро Багратион упал с лошади и был вывезен с поля битвы. Весть о ранении Багратиона мгновенно пронеслась по рядам русских войск и оказала огромное воздействие на русских солдат. Русские войска стали отступать.

Коновницын, один из немногих генералов 2-й армии, оставшихся в живых, принял командование 2-й армией и окончательно оставил флеши за французами. Остатки войск, почти потерявшие управление, были отведены через Семёновский овраг под прикрытие резервных батарей. На другой стороне оврага находились нетронутые резервы — лейб-гвардии Литовский и Измайловский полки. Французы, увидев сплошную стену русских, не решились атаковать с ходу. Направление главного удара французов сместилось с левого фланга в центр, на батарею Раевского. В то же время Наполеон не прекратил атаку левого фланга русской армии. Южнее Семеновского выдвигался кавалерийский корпус Нансути, севернее Латур-Мобура, в то время как с фронта на Семеновское бросилась пехотная дивизия Фриана. В это время Кутузов назначил командира 6-го корпуса генерала-от-инфантерии Дохтурова начальником войск всего левого фланга вместо генерал-лейтенанта Коновницына. Лейб-гвардия выстроилась в каре и в течение нескольких часов отбивала атаки «железных всадников» Наполеона. На помощь гвардии были посланы на юге кирасирская дивизия Дуки, на севере кирасирская бригада Бороздина и 4-й кав. корпус Сиверса. Кровопролитная схватка завершилась поражением французских войск, отброшенных за овраг Семёновского ручья.


Французы сражались в боях за флеши мужественно, но все их атаки, кроме последней, отбивались значительно меньшими силами русских. Концентрацией сил на правом фланге Наполеон обеспечил 2—3-кратное численное превосходство в боях за флеши, благодаря чему, а так же вследствие ранения Багратиона, французам все же удалось отодвинуть левое крыло русской армии на расстояние 1—1.5 км. Этот успех не привёл к тому решительному результату, на который рассчитывал Наполеон. Вместе с тем взятие флешей даже ценой огромных потерь с тактической точки зрения приближало его к победе, так как потери 2-й армии сильно ослабили всю русскую армию, по численности регулярных войск уступавшей французской армии на 20 - 30 тыс. человек (см. 2.1 [численность сторон]), а ее отступление поставило в уязвимое положение центральную часть позиции, по которой Наполеон направил удар главных сил.



 Бой за Утицкий курган Накануне сражения 25 августа (6 сентября), по приказу Кутузова в район Старой Смоленской дороги был направлен 3-й пех. корпус Тучкова 1-го и до 10 тысяч ратников Московского и Смоленского ополчений. В этот же день к войскам присоединились ещё 2 казачьих полка Карпова-2. Для связи с флешами в Утицком лесу заняли позицию егерские полки генерал-майора И. Л. Шаховского.


По замыслу Кутузова корпус Тучкова должен был внезапно из засады атаковать фланг и тыл неприятеля, ведущего бой за Багратионовы флеши. Однако ранним утром начальник штаба Л. Л. Беннигсен выдвинул отряд Тучкова из засады.

26 августа (7 сентября) 5-й корпус французской армии, состоявший из поляков под командованием генерала Понятовского, двинулся в обход левого фланга русской позиции. Войска встретились перед Утицей около 8 часов утра, в тот момент, когда генерал Тучков-1 по приказу Багратиона уже отправил в его распоряжение дивизию Коновницына. Неприятель, выйдя из леса и оттеснив русских егерей от деревни Утицы, оказался на высотах. Установив на них 24 орудия, противник открыл ураганный огонь. Тучков-1 вынужден был отойти к Утицкому кургану — более выгодному для себя рубежу. Попытки Понятовского продвинуться и захватить курган успеха не имели.

Около 11 утра Понятовский, получив слева поддержку от 8-го пех. корпуса Жюно, сосредоточил огонь из 40 орудий против Утицкого кургана и захватил его штурмом. Это дало ему возможность действовать в обход русской позиции.

Тучков, стремясь ликвидировать опасность, принял решительные меры к возвращению кургана. Он лично организовал контратаку во главе полка Павловских гренадер. Курган был возвращен, но сам генерал-лейтенант Тучков получил смертельную рану. Его заменил генерал-лейтенант Багговут, командир 2-го пех. корпуса.

Багговут оставил Утицкий курган лишь около часа дня, когда падение Багратионовых флешей сделало его позицию уязвимой для фланговых атак. Он отступил к новой линии 2-й армии.



 Рейд казаков Платова и Уварова В критический момент сражения Кутузов принял решение о рейде конницы Уварова и Платова в тыл и фланг противника. К 12 часам утра 1-й кав. корпус Уварова (28 эскадронов, 12 орудий, всего 2500 всадников) и казаки Платова (8 полков) переправились через р. Колоча в районе деревни Малой. Корпус Уварова атаковал французский пехотный полк и итальянскую кавалерийскую бригаду генерала Орнано в районе переправы через р. Войну у села Беззубово, но безуспешно. Платов переправился через р. Войну севернее и, зайдя в тыл, вынудил противника сменить позицию.

Одновременный удар Уварова и Платова вызвал замешательство в стане противника и заставил оттянуть на левый фланг войска, которые штурмовали батарею Раевского на Курганной высоте. Евгений Богарне с итальянской гвардией и корпусом Груши были направлены Наполеоном против новой угрозы. Уваров и Платов к 4-м часам дня отступили к русской армии.

Рейд Уварова и Платова задержал на 2 часа решающую атаку противника, что позволило перегруппировать русские войска. Возможно, что именно из-за этого рейда Наполеон не решился отправить в бой свою гвардию. Кавалерийская диверсия, хотя и не нанесла ущерба французам, вызвала у Наполеона чувство неуверенности в собственном тыле. Однако Кутузов от этого рейда ожидал большего. Так или иначе, Уваров и Платов оказались единственными генералами, не представленными Кутузовым к наградам за Бородино.

 Батарея Раевского


Высокий курган, находившийся в центре русской позиции, господствовал над окружающей местностью. На нём была установлена батарея, располагавшая к началу боя 18 орудиями. Оборона батареи возлагалась на 7-й пехотный корпус генерал-лейтенанта Н. Н. Раевского.

Около 9 утра, в разгар боя за Багратионовы флеши, французы начали первую атаку на батарею силами 4-го корпуса Евгения Богарне, а также дивизиями Морана и Жерара из 1-го корпуса маршала Даву. Воздействием на центр русской армии Наполеон расчитывал затруднить переброску войск с правого крыла русской армии на Багратионовы флеши и тем обеспечить своим главным силам быстрый разгром левого крыла русской армии. К моменту атаки вся вторая линия войск Раевского по приказу Багратиона была снята на защиту флешей. Несмотря на это, атака была отражена артиллерийским огнём.

Почти сразу же Богарне повторно атаковал курган. Кутузов в этот момент ввёл в бой за батарею Раевского весь конно-артиллерийский резерв в количестве 60 орудий и часть легкой артиллерии 1-й армии. Однако несмотря на плотный артиллерийский огонь французы 30-го полка генерала Бонами сумели ворваться в редут.

В этот момент около Курганной высоты оказались начальник штаба 1-й армии А. П. Ермолов и начальник артиллерии А. И. Кутайсов, следовавшие по приказу Кутузова на левый фланг. Возглавив батальон Уфимского полка и присоединив к нему 18-й егерский полк, Ермолов и А. И. Кутайсов ударили в штыки прямо на редут. Одновременно с флангов ударили полки Паскевича и Васильчикова. Редут был отбит, а бригадный генерал Бонами был взят в плен. Из всего французского полка под командованием Бонами (4100 человек) в строю осталось только около 300 солдат. В бою за батарею погиб генерал-майор артиллерии Кутайсов.

А. П. Ермолов:

Несмотря на крутизну восхода, приказал я егерским полкам и 3-му баталиону Уфимского полка атаковать штыками, любимым оружием русского солдата. Бой яростный и ужасный не продолжался более получаса: сопротивление встречено отчаянное, возвышение отнято, орудия возвращены. Израненный штыками бригадный генерал Бонами получил пощаду [взят в плен], пленных не было ни одного. Урон со стороны нашей весьма велик и далеко несоизмерим численности атаковавших баталионов.


Кутузов, заметив совершенное изнеможение корпуса Раевского, отвёл его войска во вторую линию. Барклай де Толли для обороны батареи направляет на батарею 24-ю пех. дивизию Лихачева.

После падения Багратионовых флешей Наполеон отказался от развития наступления против левого крыла русской армии. Первоначальный план прорыва обороны на этом крыле с целью выхода в тыл главным силам русской армии лишился смысла, так как значительная часть этих войск вышла из строя в боях за сами флеши, в то время как оборона на левом крыле, несмотря на потери флешей, оставалась несокрушенной. Обратив внимание на то, что обстановка в центре русских войск ухудшилась, Наполеон решил перенаправить силы на батарею Раевского. Однако очередная атака была задержана на два часа, так как в это время в тылу французов появилась русская конница и казаки.

Воспользовавшись передышкой, Кутузов передвинул с правого фланга к центру 4-й пех. корпус генерал-лейтенанта Остермана-Толстого и 2-й кав. корпус генерал-майора Корфа. Наполеон приказал усилить огонь по людской массе пехоты 4-го корпуса. По воспоминаниям очевидцев русские двигались как машины, смыкая на ходу ряды. Путь корпуса можно было проследить по следу из тел убитых.

По воспоминаниям командира 4-й пехотной дивизии, генерала Евгения Вюртембергского:

Генерал Милорадович, командующий центром русских войск, приказал адъютанту Бибикову отыскать Евгения Вюртембергского и передать, чтобы тот ехал к Милорадовичу. Бибиков разыскал Евгения, но из-за грохота канонады слов не было слышно, и адъютант махнул рукой, указывая нахождение Милорадовича. В этот момент пролетавшее ядро оторвало у него руку. Бибиков, падая с лошади, снова указал другой рукой направление.

Войска Остермана-Толстого примкнули левым флангом к Семеновскому и Преображенскому полкам, находившимся южнее батареи. За ними расположились кавалеристы 2-го корпуса и подошедшие Кавалергардский и Конный полки гвардии.

Около 3 часов дня французы открыли шквальный огонь из 150 орудий по батарее Раевского и начали атаку. Для атаки были сосредоточены 34 кав. полка. Первыми пошёл в атаку 2-й кав. корпус под командованием генерала Огюста Коленкура (командир корпуса генерал Монбрен к этому времени был убит). Коленкур прорвался сквозь адский огонь, обошёл слева Курганную высоту и кинулся на батарею Раевского. Встреченные с фронта, флангов и тыла упорным огнем оборонявшихся, кирасиры были отброшены с огромными потерями (батарея Раевского за эти потери получила от французов прозвище "могила французской кавалерии"). Сам Коленкур, как и многие его соратники, нашел смерть на склонах кургана.

Тем временем войска Богарне, воспользовавшись атакой Коленкура, сковавшей действия 24-й дивизии, ворвались на батарею с фронта и фланга. На батарее произошел кровопролитнейший бой. Израненный генерал Лихачев был взят в плен. В 4-м часу дня батарея Раевского пала.

Получив известия о падении батареи Раевского, в 17 часов Наполеон двинулся к центру русской армии и пришел к выводу, что её центр, несмотря на отступление и вопреки уверениям свиты, не поколеблен. После этого он ответил отказом на просьбы ввести в сражение гвардию. Вторая попытка Наполеона разбить русскую армию ударом по центру потерпела неудачу.



[ Завершение битвы Битва продолжалась после занятия неприятелем батареи Раевского еще несколько часов. На левом фланге Понятовский с переменным успехом атаковал 2-ю армию Дохтурова. В центре и на правом фланге дело ограничивалось артиллерийской перестрелкой до 7 вечера.

С наступлением темноты Наполеон отвел войска с захваченных позиций, из деревни Бородино, с батареи Раевского и Багратионовых флешей. Русские заняли их и развернули приготовления к новой обороне.

Ряд зарубежных и отечественных историков считают, что Наполеон оставил на Багратионовских флешах "Молодую гвардию"


В 12 часов ночи прибыл приказ Кутузова, отменявший приготовления к завтрашнему бою. Главнокомандующий русской армии решил отвести армию за Можайск с тем, чтобы восполнить людские потери и лучше подготовиться к новым сражениям. Об организованном отходе Кутузова свидетельствует французский генерал Арман Коленкур (брат погибшего генерала Огюста Коленкура), бывший во время сражения при Наполеоне и потому хорошо осведомлённый.

Генерал Коленкур


Император много раз повторял, что он не может понять, каким образом редуты и позиции, которые были захвачены с такой отвагой и которые мы так упорно защищали, дали нам лишь небольшое число пленных. Он много раз спрашивал у офицеров, прибывших с донесениями, где пленные, которых должны были взять. Он посылал даже в соответствующие пункты удостовериться, не были ли взяты еще другие пленные. Эти успехи без пленных, без трофеев не удовлетворяли его...
Неприятель унёс подавляющее большинство своих раненых, и нам достались только те пленные, о которых я уже говорил, 12 орудий редута... и три или четыре других, взятых при первых атаках.





Krieg und Frieden...Borodino  Teil IV...Deutsch

Бородинское Сраженне...Часть 2

Итоги битвы стали предметом споров исследователей. В результате на данный момент существуют противоположные оценки итогов сражения.

Главным аргументом советской историографии в утверждении победы Кутузова при Бородино является следующий: Кутузов планировал дать французам оборонительное сражение с целью изменить соотношение сил и отступить, для чего Кутузов не только предвидел направление ударов Наполеона, но и сам направил их на левый фланг.
Главными аргументами французской историографии в утверждении победы французов являются следующие: 1) 26 августа французские войска захватили основные позиции русской армии. 2) Наполеон создал условия для разгрома русской армии, если бы сражение возобновилось на следующий день. B подтверждение этого приводятся традиционные для французской историографии потери сторон - 30 тыс. французов и 50 тыс. русских (см. оценки потерь). Оценивая неверные данные по потерям, французские историки зачастую упускают из виду подход к Наполеону 2 свежих дивизий в ночь с 26 на 27 августа. 3) Русская армия отступила после сражения.


[Оценки русских потерь Численность потерь русской армии неоднократно пересматривалась историками. Разные источники дают разные числа:

38—45 тысяч человек, в том числе 23 генерала. Надпись "45 тысяч" выбита на Главном монументе на Бородинском поле, возведённом в 1839 году,также указана на 15-й стене галереи воинской славы храма Христа Спасителя. 58 тысяч убитыми и ранеными, до 1000 пленными Данные о потерях приведены здесь на основании сводки дежурного генерала 1-й армии сразу после сражения, потери 2-й армии оценены историками XIX века совершенно произвольно в 20 тыс. Эти данные перестали рассматриваться как достоверные еще в конце XIX века, они не приняты во внимание в авторитетном ЭСБЕ, где указано количество потерь «до 40 тысяч». Современные историки полагают, что сводка по 1-й армии содержала также сведения о потерях 2-й армии, так как во 2-й армии не осталось офицеров, ответственных за отчёты.
Согласно сохранившимся ведомостям из архива РГВИА, русская армия потеряла убитыми, ранеными и пропавшими без вести 39300 человек(21766 в 1-й армии, 17445 во 2-й армии), но с учётом того, что данные ведомостей по разным причинам неполны (не включают потери ополчения и казаков), историки произвольно увеличивают это количество до 44 - 45 тысяч человек.



[ Оценки потерь французов Большая часть документации Великой армии погибла при отступлении, поэтому оценка потерь французов чрезвычайно затруднительна. Вопрос об точных их потерях остается открытым.

Наиболее распространённое во французской историографии число потерь наполеоновской армии в 30 тысяч основывается на подсчётах французского офицера Денье (служившего инспектором при Главном штабе Наполеона), который определил общие потери французов за три дня сражения при Бородино в 49 генералов и 28 000 нижних чинов из них 6550 убитых и 21450 раненых. Маршал Бертье приказал держать эти цифры в секрете, и они были опубликованы впервые в 1842 г. Приводимая в литературе цифра 30 тысяч получена округлением данных Денье.

Но позднейшие исследования показали, что данные Денье сильно занижены. Так, Денье приводит число 269 убитых офицеров Великой Армии. Однако в 1899 году французский историк Мартиньен на основе сохранившихся документов установил, что было убито не менее 460 офицеров известных пофамильно.Последующие исследования еще больше увеличили эту цифру. Даже французские историки признают, что «поскольку приведенные в ведомости сведения о генералах и полковниках, выбывших из строя при Бородине, являются не точными и заниженными, можно предположить, что и остальные цифры Денье основаны на неполных данных». Если предположить, что общие потери французской армии занижены Денье в в той же пропорции, что и потери офицерского состава, то элементарный расчёт на основе неполных данных Мариньена даёт приблизительную оценку 28 086x460/269=48 003 (48 тысяч человек).

Французский историк, генерал в отставке Сегюр,участник войны 1812 года,определял потери французов при Бородине в 40 тысяч солдат и офицеров. Писатель Гораций Вернет назвал цифру потерь французов «до 50 тысяч» и считал,что Наполеон не сумел выиграть Бородинское сражение.Эта оценка потерь французов - одна из самых высоких, приводимых французскими историками, хотя и основанная на данных с российской стороны.

Согласно подсчетам А. Васильевас учетом потерь вне Бородино и пополнений за время с 2 сентября по 20 сентября, потери французской армии в Бородинском сражении оцениваются в 34 тысячи солдат. Однако как показал Земцов методика Васильева неверна, а сопоставление им Бородинского сражения с Ваграмским с целью даже приблизительной оценки потерь не выдерживает никакой критики. Сам Земцов оценивает потери фр. армии в 38 тыс. человек (крайние значения 35 тыс и 41 тыс. человек).

В российской литературе часто приводилось число французских потерь 58 478 человек. Это число основано на ложных сведениях перебежчика Александра Шмидта, якобы служившего в канцелярии Бертье В дальнейшем эта цифра была подхвачена патриотическими исследователями, указана на Главном монументе. Однако доказанность ложности данных, приведенных Шмидтом, не отменяет историческую дискуссию о потерях французов в районе 50 - 60 тыс. человек, опирающуюся далеко не на этот источник.

Одним из источников, способных, в условиях отсутствия документации французской армии, пролить свет на потери французов, могут стать данные об общем количестве погребенных на Бородинском поле. Погребение и сожжение осуществлялось русскими. Согласно Михайлову-Данилевскому, было захороненно и сожжено 58 521 тело убитых. Эти данные считаются сильно преувеличенными, но русские историки и, в частности, сотрудники музея-заповедника на Бородинском поле определяют число захороненных в 45 - 48 тыс. человек.(см "Родина",№ 2 за 2005 г.) Учитывая потери убитыми в русской армии (максимальная оценка - 15 тыс.) и прибавляя к ним русских раненных, умерших на поле впоследствии (их было не более 8 - 10 тыс., так как из 30 тыс. раненных более 20 тыс. было вывезено в Москву), убитых французов на поле боя насчитывалось минимально 20 - 23 тыс. человек, что превышало количество погибших в сражении русских в полтора раза. Такой результат возвращает к оценке потерь французов в 60 тыс. (20 тыс. убитыми и 40 тыс. раненными), указанной на монументе.



Общий итог После наступления темноты французская армия находилась на тех же позициях, на которых она была до начала сражения. Русская армия готовилась продолжить бой на следующий день. Но из-за больших потерь и малочисленности резервов, а также учитывая, что к Наполеону подошли подкрепления — свежие дивизии Пино и Делаборда (около 11 тыс. чел.) Кутузов принял решение продолжить отступление, открывая таким образом путь к Москве, но сохраняя армию и возможность продолжить борьбу.

Однако Бородино дало возможность французам захватить в Москве 22,5 тысячи русских, раненных в Бородинском сражении, в плен (часть из них — от 2 до 15 тыс. — сгорели в пожаре Москвы), что нанесло серьезный удар по численности регулярной русской армииКроме того, русские войска оставили в Московском арсенале 156 орудий, 79974 ружья, 27119 артиллерийских снарядов и многое другое, позже взятое на вооружение французами.


Наполеон, пытавшийся в одном сражении разгромить русскую армию, смог добиться частичного вытеснения русских войск с занимаемых позиций при сопоставимых потерях. Вместе с тем он был уверен, что большего добиться в сражении было невозможно, так как отказ ввести в сражение гвардию Наполеон не считал ошибочным. «Удар гвардией мог бы и не иметь последствий. Неприятель выказал еще достаточно твердости» - замечал Наполеон значительно позднее. В беседах с частными лицами Наполеон ясно оценивал как свои возможности в Бородинском сражении, так и опасность контрудара русских по измотанной французской армии. После борьбы за флеши он уже не надеялся разбить русскую армию. Военный историк генерал Жомини цитирует его слова: «Как только мы овладели позициею левого фланга, я был уже уверен, что наприятель отступит в продолжении ночи. Для чего же было подвергаться опасным последствиям новой Полтавы?».

Официальная точка зрения Наполеона высказана им в мемуарах. В 1816 он диктовал на острове Святой Елены:

Московская битва — моё самое великое сражение: это схватка гигантов. Русские имели под ружьём 170 тысяч человек; они имели за собой все преимущества: численное превосходство в пехоте, кавалерии, артиллерии, прекрасную позицию. Они были побеждены! Неустрашимые герои, Ней, Мюрат, Понятовский, — вот кому принадлежала слава этой битвы. Сколько великих, сколько прекрасных исторических деяний будет в ней отмечено! Она поведает, как эти отважные кирасиры захватили редуты, изрубив канониров на их орудиях; она расскажет о героическом самопожертвовании Монбрена и Коленкура, которые нашли смерть в расцвете своей славы; она поведает о том, как наши канониры, открытые на ровном поле, вели огонь против более многочисленных и хорошо укреплённых батарей, и об этих бесстрашных пехотинцах, которые в наиболее критический момент, когда командовавший ими генерал хотел их ободрить, крикнули ему: «Спокойно, все твои солдаты решили сегодня победить, и они победят!»


Уже через год, в 1817 году, Наполеон решил дать новую версию Бородинского сражения: "С 80 000 армией я устремился на русских, состоявших в 250 000, вооруженных до зубов и разбил их..." и т. д.

Кутузов также считал это сражение своей победой . В своей реляции Александру I он писал:

Баталия 26 числа бывшая, была самая кровопролитнейшая из всех тех, которые в новейших временах известны. Место баталии нами одержано совершенно, и неприятель ретировался тогда в ту позицию, в которой пришел нас атаковать.


Александр I объявил о Бородинском сражении, как о победе. Князь Кутузов был произведен в фельдмаршалы с пожалованием 100 тыс. рублей. Всем бывшим в сражении нижним чинам было пожаловано по пяти рублей на каждого.

Бородинское сражение является одним из самых кровопролитных сражений XIX века. По самым скромным оценкам совокупных потерь, каждый час на поле погибало 2500 человек. Некоторые дивизии потеряли до 80 % состава. Со стороны французов было сделано 60 тысяч пушечных и почти полтора миллиона ружейных выстрелов.Не случайно Наполеон назвал сражение под Бородино самым великим своим сражением, хотя его результаты более чем скромны для привыкшего к победам великого полководца.

Русская армия отступила, но сохранила боеспособность и вскоре изгнала Наполеона из России.




Battle of Waterloo...Part I...English

The Battle of Borodino...1

The Battle of Borodino (Russian: Бородинская битва Borodinskaja bitva, French: Bataille de la Moskowa), fought on September 7, 1812, was the largest and bloodiest single-day action of the Napoleonic Wars, involving more than 250,000 troops and resulted in at least 70,000 total casualties. The French Grande Armée under Emperor Napoleon I attacked the Imperial Russian army of General Mikhail Kutuzov near the village of Borodino, west of the town of Mozhaysk, and eventually captured the main positions on the battlefield, but it failed to destroy the Russian army.
The battle itself ended in disengagement, but strategic considerations and the losses incurred forced the Russians to withdraw next day. The battle at Borodino was a pivotal point in the campaign, since it was the last offensive action fought by Napoleon in Russia. By withdrawing, the Russian army preserved its military potential and eventually forced Napoleon out of the country.

Background


 Napoleon's invasion of Russia...
The French Grande Armée had begun its invasion of Russia in June, 1812. Czar Alexander I proclaimed a Patriotic War in defence of the motherland. The Russian forces — initially massing along the Polish frontier — fell back before the speedy French advance. Count Michael Barclay de Tolly was serving as commander-in-chief of the Russian army, but his attempts at forming a defensive line were thwarted by the fast moving French.


Napoleon had advanced from Vitebsk hoping to catch the Russian Army in the open where he could exterminate it. The French Army was not in a good position since it was 925 km (575 miles) from its nearest logistical base at Kovno. This allowed the Russians to attack the extended French supply lines. Despite this, the lure of a decisive battle drove Napoleon on. The central French force, under Napoleon's direct command, had crossed the Niemen with 286,000 men, but, by the time of the battle, it numbered 161,475 (most had died of starvation and disease). Barclay had been unable to offer battle, which allowed the Grand Armée's logistic problems to deplete the French. Internal political in-fighting by his sub-commanders also prevented earlier stands by the Russian armies on at least two occasions.


Barclay's constant retreat before the French onslaught was perceived by his fellow generals and by the court as an unwillingness to fight, and he was removed from command. The new Russian commander, Prince Mikhail Kutuzov, was also unable to establish a defensive position until within 125 kilometers of Moscow. Kutuzov picked an eminently defensible area near the village of Borodino and, from September 3, strengthened it with earthworks, notably the Rayevski Redoubt in the center-right of the line and three open, arrow-shaped 'Bagration flèches' (named for Pyotr Bagration) on the Russian left.


Opposing forces...
Russian forces present at the battle included 180 infantry battalions, 164 cavalry squadrons, 20 Cossack regiments, and 55 artillery batteries (637 artillery pieces). In total the Russians fielded 103,800 troops. There were 7,000 Cossacks as well as 10,000 Russian militiamen in the area who did not participate in the battle. After the battle the militia units were broken up in order to provide reinforcements to depleted regular infantry battalions. Of the 637 Russian artillery pieces, 300 were held in reserve and many of these guns were never committed to the battle.
French forces included 214 battalions of infantry, 317 squadrons of cavalry and 587 artillery pieces, a total of 124,000 troops.However, the French Imperial Guard, which consisted of 30 infantry battalions, 27 cavalry squadrons and 109 artillery pieces, 18,500 troops were never committed to action.


Prelude...
Kutuzov assumed command on August 29, 1812. The 67-year old general lacked experience in modern warfare and was not seen by his contemporaries as the equal of Napoleon. He was favoured over Barclay, however, because he was Russian, not of German extraction, and it was also believed that he would be able to muster a good defense. Perhaps his greatest strength was that he had the total loyalty of the army and its various sub-commanders.Kutuzov ordered another retreat to Gshatsk on August 30 and by that time the ratio of French to Russian forces had shrunk from three to one to five to four. The position at Borodino was selected because it seemed to present the best defensive position before Moscow itself was reached.


The Battle of Shevardino Redoubt...
The initial Russian disposition, which stretched south of the new Smolensk Highway (Napoleon's expected route of advance), was anchored on its left by a pentagonal earthwork redoubt erected on a mound near the village of Shevardino. The French, however, advanced from the west and south of the village, creating a brief but bloody prelude to the main battle.


The struggle opened on September 4th when Prince Joachim Murat's French forces met Konovnitzyn's Russians in a massive cavalry clash. The Russians eventually retreated to the Kolorzkoi Cloister when their flank was threatened. Fighting was renewed on the 5th, but Konovyitzyn again retreated when his flank was threatened by the arrival of Prince Eugene's Fourth Corps. The Russians retreated to the Shevardino Redoubt, where a sharp fight occurred. Murat led Nansouty's First Cavalry Corps and Montbrun's Second Cavalry Corps, supported by Compan's Division of Louis Nicholas Davout's First Infantry Corps against the redoubt. Simultaneously, Prince Josef Poniatowski's infantry attacked the position from the south. The redoubt was taken at the cost of some 4,000 French and 7,000 Russian casualties.


The unexpected French advance from the west and the seizure of the Shevardino redoubt threw the Russian position into disarray. The left flank of their defensive position was gone and Russian forces withdrew to the east, having to create a new, makeshift position centered around the village of Utitza. The left flank of the Russian position was, therefore, hanging in the air and ripe for a flanking attack.




Battle of Waterloo...Part II...English
 

The Battle of Borodino...2

Battle of Borodino


The position...
The Russian position at Borodino consisted of a series of disconnected earthworks running in an arc from the Moskva River on the right, along its tributary the Kalocha (whose steep banks added to the defense) and towards the village of Utitza on the left.Thick woods interspersed along the Russian left and center (on the French side of the Kolocha) also aided the defense by making the deployment and control of French forces difficult. The Russian center was defended by the Raevsky Redoubt, a massive open-backed earthwork mounting 19 12-pounder cannon which had a clear field of fire all the way to the banks of the Kolocha stream.
Kutuzov, who was expecting a corps-sized reinforcement to his right, planned to cross the Kolocha north of Borodino, attack the French left, and roll it up. This helped explain why the more powerful 1st Army under Barclay was placed in already strong positions on the right, which were virtually unassailable by the French. The 2nd Army, under Bagration, was expected to hold on the left but had its left flank hanging in the air. Despite the repeated pleas of his generals to redeploy their forces, Kutuzov did nothing to change these initial dispositions. Thus, when the action began and became a defensive rather than an offensive battle for the Russians, their heavy preponderance in artillery was wasted on a right wing that would never be attacked while the French artillery did much to help win the battle.


Bagration's fleches...
Whatever may be said of Kutuzov's dispositions, Napoleon showed little flair on the battlefield that day. Despite Marshal Davout's suggestion to a maneuver to out-flank the weak Russian left, the Emperor instead ordered Davout's First Corps to move directly forward into the teeth of the defense, while the flanking maneuver was left to the weak Fifth Corps of Prince Poniatowski. The initial French attack was aimed at seizing the three Russian positions collectively known as the Bagration flèches, four arrow-head shaped, open-backed earthworks which arced out to the left en echelon in front of the Kolocha stream. These positions helped support the Russian left, which had no terrain advantages. The fleches were themselves supported by artillery from the village of Semyanovskaya, whose elevation dominated the other side of the Kolocha.The battle began at 0600 with the opening of the 102-gun French grand battery against the Russian center. Davout sent Compan's Division against the southern-most of the fleches with Dessaix's Division echeloned out to the left. When Compans debouched from the woods on the far bank of the Kolocha, he was hit by massed Russian cannon fire. Both Compans and Desaix were wounded, but the attack was pressed forward.


Davout, seeing the confusion, personally led his 57th Brigade forward until he had his horse shot from under him. He fell so hard that General Sorbier reported him as dead. General Rapp arrived to replace him only to find Davout alive and leading the 57th forward again. Rapp then lead the 61st Brigade forward when he was wounded (for the 22nd time in his career). By 0730 Davout had gained control of the three fleches. Prince Bagration quickly led a counterattack that threw the French out of the positions only to have Marshal Michel Ney lead a charge by the 24th Regiment that retook them. Although not enamoured of Barclay, Bagration turned to him for aid, ignoring Kutuzov altogether. Barclay, to his credit, responded with dispatch, sending three guard regiments, eight grenadier battalions, and twenty-four 12 pounder cannon at their best pace to bolster Semyenovskaya.


During the confused fighting, French and Russian units moved forward into impenetrable smoke and were smashed by artillery and musketry fire that was horrendous even by Napoleonic standards. Infantry and cavalrymen had difficulty maneuvering over the heaps of corpses and masses of wounded. Prince Murat advanced with his cavalry around the fleches to attack Bagration's infantry, but was confronted by Duka's 2nd Cuirassier Division supported by Neverovsky's infantry. This counterpunch drove Murat to seek the cover of allied Wurtemburger Infantry. Barclay's reinforcements, however, were sent into the fray only to be torn to pieces by French artillery, leaving Fraint's Division in control of the Russian forward position at 1130. Dust, smoke, confusion, and exhaustion all combined to keep the French commanders on the field (Davout, Ney, and Murat) from comprehending that all the Russians before them had fallen back, were in confusion, and ripe for the taking. Reinforcements requested from Napoleon, who had been sick with a cold and too far from the action to really observe what was going on, were refused. It may simply have been a matter of the Emperor refusing to utilize his last reserve, the Imperial Guard, so far from home.


Struggle for the Raevsky redoubt ...
Prince Eugene advanced his corps against the village of Borodino, taking it in a rush from the Russian Guard Jaegers. However, the advancing columns were disordered and once they cleared Borodino, and they faced fresh Russian assault columns that drove the French back to the village. General Delzons was posted to Borodino to prevent the Russians retaking it.Morand's division then crossed to the north side of the Semyenovka Stream, while the remainder of Eugene's forces crossed three bridges across the Kalocha to the south, placing them on the same side of the stream as the Russians. He then deployed most of his artillery and began to push the Russians back toward the Raevsky redoubt. Broussier and Morand's divisions then advanced together with furious artillery support. The redoubt changed hands, Paskevitch's regiment fleeing and having to be rallied by Barclay. Kutuzov then ordered Yermolov to take action and the general brought forward three horse artillery batteries which began to blast the open-ended redoubt while the 3rd Battalion of the Ufa Regiment and two jaeger regiments brought up by Barclay rushed in with the bayonet to eliminate Bonami's Brigade. This action returned the redoubt to Russian control.
Eugene's artillery continued to pound Russian support columns while Marshals Ney and Davout set up a crossfire with artillery on the Semenovskoya heights. Barclay countered by moving Eugene (Russian) over to the right to support Miloradovitch in his defense of the redoubt. When the general brought up troops against an attacking French brigade he described it as "A walk into Hell". During the height of the battle, Kutuzov's subordinates were making all of the decisions for him. According to Colonel Karl von Clausewitz of On War fame, the Russian commander "seemed to be in a trance." With the death of General Kutaisov, Chief of Artillery, most of the Russian cannon sat useless on the heights to the rear and were never ordered into battle, while the French artillery was wreaking havoc on the Russians.


At 1400 the assault against the redoubt was renewed by Napoleon with Broussier's, Morand's, and Gerard's divisions launching a massive frontal attack with Chastel's light cavalry division on their left and the II Reserve Cavalry Corps on their right.General Caulaincourt ordered Wathier's cuirassier division to lead the assault. Barclay watched Eugene's (France) assault preparations and countered by moving forces against it. The French artillery, however, began chopping up the assembling force even as it gathered. Caulaincourt led the attack of Wathier's cuirassiers into the opening at the back of the redoubt and met his death as the charge was stopped cold by Russian musketry. General Thielemann (French) then led eight Saxon and two Polish cavalry squadrons against the back of the redoubt while officers and sergeants of his command actually forced their horses through the redoubt's embrasures, sowing confusion and allowing the French cavalry and infantry to take the position. The battle had all but ended, with both sides so exhausted that only the artillery was still at work. Napoleon once again refused to release the guard and the battle wound down around 1600.


End of the battle ...
Barclay communicated with Kutuzov in order to receive further instructions. According to Wolzogen (in an account dripping with sarcasm), the commander was found a half-hour away on the road to Moscow, encamped with an entourage of young nobles and grandly pronouncing he would drive Napoleon off the next day.Despite his bluster, Kutuzov knew from dispatches that his army had been too damaged to fight a continuing action the following day. He knew exactly what he was doing: by fighting the pitched battle he could now retreat with the Russian army still intact, lead its recovery, and force the damaged French forces to move even further from their bases of supply. The denouement became a textbook example of what a hold logistics placed upon an army far from its center of logistics. On September 8th, the Russian army moved away from the battlefield in twin columns to Semolino, allowing Napoleon to occupy Moscow and await a Russian surrender that would never come.


Casualties...
The casualties of the battle were staggering: at least 28,000 French soldiers and 29 generals were reported as dead, wounded, or missing. 52,000 Russian troops also were reported as dead, wounded or missing, although 8,000 Russians would later return to their formations bringing Russian losses to around 44,000. 22 Russian generals were dead or wounded, including Prince Bagration.It should be noted that a wound upon that battlefield was a death sentence as often as not, there not being enough food for the healthy. As many wounded died of starvation as from their wounds or lack of care.
French infantrymen had expended almost two million rounds of ammunition, while their artillery had expended some 60,000 rounds. This amount of flying metal had severe effects on the participants. Around 8,500 casualties were sustained during each hour of the conflict — the equivalent of a full-strength company wiped out every minute. In some divisions casualties exceeded 80 percent of reported strength prior to the battle..




Battle of Waterloo...Part III...English

Slag bij Waterloo

De Slag bij Waterloo was een veldslag bij het dorp Waterloo (Verenigd Koninkrijk der Nederlanden). Napoleon Bonaparte werd hier op 18 juni 1815 verslagen door een combinatie van Britse/Nederlandse, Hannoveraanse en Pruisische legers, onder leiding van respectievelijk de hertog van Wellington en von Blücher.Het voorspel
In 1814 was Bonaparte na zijn nederlaag bij Leipzig naar het eiland Elba verbannen. Daar volgde hij met interesse het gekrakeel dat in Wenen losbarstte over de landverdeling in Europa. Hij begreep dat voor hem nog niet alles verloren was. Op 26 februari 1815 ontsnapte hij van het eiland, en op 1 maart arriveerde hij met een legertje van 800 man in de Franse havenstad Cannes. Snel trok hij met zijn persoonlijke garde op naar het noorden, richting Parijs. Maarschalk Michel Ney, aanvoerder van het Franse leger en voormalig maarschalk onder Napoleon, werd opgeroepen om de keizer tegen te houden, maar liep met zijn hele leger over naar zijn voormalige baas. Op 20 maart zetelde deze weer in zijn keizerlijk paleis. Haastig trommelden de geallieerden hun legers op en rukten op richting Frankrijk. Napoleon wilde echter zijn 'keizerrijk' heroveren, en dat zo snel mogelijk, voordat de andere staten in Europa klaar waren om Frankrijk binnen te vallen en hem weer gevangen te nemen. Hij mobiliseerde in twee maanden tijd een leger van 200.000 manschappen en trok met 120.000 naar de Frans-Belgische grens. Op 14 juni stak hij die over. Met zijn opmars viel hij aan op het punt waarop het Pruisische en het Brits-Nederlandse leger onder de Hertog van Wellington aan elkaar grensden, traditioneel een zwak punt.


Aan de slag bij Waterloo gingen op 16 juni twee andere veldslagen vooraf: zo stuitte hij op het Pruisische leger van von Blücher, dat in de slag bij Ligny tot de terugtocht gedwongen werd. Von Blücher werd bij Ligny teruggedreven, maar hield zijn leger intact. Tegelijkertijd werden Nederlandse troepen bij Slag bij Quatre Bras aangevallen door een Franse overmacht onder maarschalk Ney; Ney was echter te voorzichtig, en tegen de tijd dat hij zijn aanval wilde doorzetten waren Britse troepen al bij Quatre-Bras aangekomen, zodat het onmogelijk was geworden dit belangrijke kruispunt in te nemen.


Napoleon gaf bevel tot een aanval door de vier divisies van d'Erlons 1e legerkorps, samen zo'n 16 000 man, op de geallieerde linkervleugel. In vier gigantische aanvalscolonnes marcheerden zijn troepen voorwaarts.
De aanval was gericht op de zwakkere oostflank van de geallieerden. De aanval kwam dus recht op de brigade van Bylandt af. In tegenstelling tot wat Engelse historici beweren, zeggen ooggetuigenverslagen dat de brigade de Franse aanval zelfs enige tijd weerstaan heeft. Onder druk van de overmacht trokken ze zich terug achter de eerste Britse linie. Hier werden de ontplooide Franse colonnes tot staan gebracht door een tegenaanval van twee Britse infanteriebrigades van Pictons divisie, gesteund door de brigade van Bylandt en een andere Britse brigade.


Dit was voor Wellington het sein om zijn cavalerie een tegenaanval te laten uitvoeren (o.a. de Scots Greys). De twee Britse brigades zware cavalerie reden op de Fransen in, en de Fransen begonnen zich terug te trekken, wat uitmondde in een vlucht met de Britse cavalerie in de achtervolging. De Britse cavalerie werd overmoedig en wilde meteen ook maar de 'grande batterie' oprollen, maar die schoot terug. Ondertussen kwam er Franse cavalerie aangesneld en die sneed de Britten af van de rest van het geallieerde leger. Drie andere lichte geallieerde cavaleriebrigades, waaronder een Nederlandse, moesten hen komen ontzetten. Resultaat was dat de geallieerde linie nog intact was, maar dat Wellington nog maar één grote formatie zware cavalerie over had: de Nederlandse brigade van Trip. Aan de Franse zijde zou het eerste legerkorps van d'Erlons echter een aantal uren nodig hebben om te reorganiseren.


De slag gaat verder...
Ondertussen waren de Pruisen in aantocht. Napoleon kreeg door dat de Pruisen naderden en zond zijn reserve, het VI korps en 2 cavaleriedivisies samen 15 000 man, richting de Pruisen. Hierdoor had Napoleon op de garde na geen enkele infanteriereserves meer.
Het plan van Napoleon was om de geallieerden met de cavalerie te bestormen, gevolgd door infanterie en artillerie om de geallieerden vervolgens te verdrijven. Maar maarschalk Ney, die de aanval zou moeten coördineren, liet de cavalerie te vroeg aanvallen, zodat er geen infanterie- en artilleriesteun beschikbaar was. Trompetten bliezen de aanval en dwars door de modder trachtten zijn vijfduizend ruiters in het centrum de glooiing van de Mont-Saint-Jean te bestormen. Mede door de slechte staat van de grond kwam het niet tot een charge in galop, en had de aanval nooit de vereiste impact. De geallieerde infanterie formeerde zich -zoals verwacht- in defensieve carrés, en werden onneembaar voor cavalerie zonder steun van infanterie en artillerie. De hoeve La Haye Sainte, die tussen Napoleon en het geallieerde leger in stond, was voor beide zijden van vitaal belang. Daar konden de infanterie en artillerie tegengehouden worden.
Ney bleef nieuwe troepen eisen, niet wetend dat Napoleon op zijn oostflank al door voorposten van de Pruisen werd aangevallen. De Franse reserve kon niet op tegen de Pruisische overmacht. Napoleon zette daarom zijn 10 000 man sterke jonge garde in. In felle straatgevechten in Plancenoit lukte het de Fransen nog steeds niet om de Pruisen terug te dringen. Hierdoor was Napoleon genoodzaakt om 2 bataljons oude garde in te zetten. Wonder boven wonder lukte het de oude garde het tij te keren en de Pruisen werden voorlopig teruggedrongen.
Ondertussen slaagde Ney erin, onder dekking van de cavalerie, met opgetrommelde infanterie de hoeve La Haye Sainte in te nemen. De KGL (King's German Legion) werd verdreven, de hoeve werd door de Fransen ingenomen. Ogenblikkelijk werden infanterie en artillerie-eenheden naar voren gebracht om de Geallieerde carrés onder vuur te nemen en een doorbraak te forceren. De Prins van Oranje liet nog een tegenaanval ondernemen door enkele Hannoverse bataljons, die echter door Franse cavalerie werd afgeslagen (deze mislukte aanval droeg ook bij aan de negatieve berichtgeving over de Prins van Oranje en de Nederlandse troepen). De Fransen hadden nog alle kans om te winnen.


De nederlaag van de Garde...
Napoleon probeerde met een laatste krachtsinspanning de zege zeker te stellen, en gaf bevel voor nóg een stormloop. Hij wist dat hij door zijn reserves heen was, en kwam hierdoor persoonlijk zijn garde afleveren. Om het moreel hoog te houden riep Napoleon: Grouchy, Grouchy is daar!, maar wetend dat het de Pruisen onder von Blücher waren.
De geallieerde posities werden verdedigd door Engelsen, Hannoveranen en Brunswijkers. De Franse middengarde, hoewel in de minderheid, viel hen twee keer aan. De eerste keer ontstond er een gat in de geallieerde linie. Wellington raakte door zijn reserves heen, maar de frisse Nederlandse 3e divisie, geleid door Generaal David Hendrik Chassé, vulde het gat op. De eerste aanval van de Midden-Garde verzandde in een vuurgevecht waarna beide partijen zich terugtrokken; maar de tweede aanval verliep voor de Fransen rampzalig: met een aantal kartetssalvo's van de Nederlandse Rijdende artillerie werd een ware slachting aangericht onder de Fransen, de Engelsen ontvingen de middengarde met een salvo, en de divisie van Chassé overrompelde hen met een bajonetcharge. De terugtocht van de Franse garde eindigde in een wilde vlucht, die oversloeg op de rest van het Franse leger. Daarop beval Wellington de algehele opmars van het Geallieerde leger.


Ondertussen waren ook de Pruisen weer doorgedrongen tot Plancenoit. Plancenoit werd verdedigd door ongeveer 20 000 Fransen van Lobaus VI korps; 2 cavaleriedivisies; de 8 bataljons van de Jonge Garde en 2 bataljons van de Oude Garde tegen ongeveer 30 000 Pruisen. De Fransen hielden de verdediging ongeveer een uur vol voordat ze er door een gigantische Pruisische tegenaanval en bloedige straatgevechten uit werden gedreven. De laatste eenheid die vluchtte was de Oude Garde die de kerk en het kerkhof verdedigde. De Franse verliezen waren verschrikkelijk. Bijvoorbeeld het 1e bataljon Tirailleurs van de Jonge Garde verloor die dag 92% van zijn mannen aan doden en gewonden.


 Wellington en Blücher ...
De Oude Garde, de meest geharde soldaten van allemaal en nog altijd trouw aan Napoleon, dekte de aftocht van hun Keizer. In perfecte formaties wisten zij nog een aantal aanvallen van de geallieerden af te slaan alvorens zich al vechtend terug te trekken. Generaal Cambronne, uitgedaagd om zich over te geven, zou toen de historische woorden hebben gesproken: "Mijn garde sterft, maar geeft zich niet over!" (een andere variant is dat hij zich beperkte tot een kort maar krachtig antwoord: "Merde!"). In werkelijkheid werd hij gevangen genomen door de Britse generaal Halkett. De laatste twee carrés van de Oude Garde vormden een levend schild voor Napoleon en zijn staf. Deze carrés waren het Eerste Regiment Grenadiers en het Eerste Batallion van het Eerste Regiment Jagers, dé beste soldaten in het Franse leger. Deze carrés wisten tezamen met de nog resterende Franse cavaleriebrigades alle aanvallen van de geallieerden af te slaan. Het laatste carré Jagers van de Keizerlijke Oude Garde dat de aftocht dekte, werd geleid door de Rotterdamse kolonel Jan Coenraad Duuring. In dit carré bevond zich een ruime tijd Napoleon alvorens hij zijn soldaten moest verlaten om naar Parijs te rijden (hij vreesde een opstand van de Parijzenaars).
De Nederlandse 3e Divisie en enkele Nederlandse cavalerie-onderdelen, die de Fransen tot ver achter hun linies had achtervolgd, ontmoetten achter de Franse beginposities de Pruisen en hielden halt. De Pruisen namen de achtervolging van hun uitgeputte Nederlandse collega's over.


 Na de slag...
Het Franse leger verliet het slagveld in volledige chaos en trok zich via Charleroi terug over de Franse grens. Napoleon keerde terug naar Parijs, dat hij op 21 juni 1815 bereikte, maar hij werd niet meer als keizer erkend. Een paar weken wachtte hij werkeloos op het landgoed Malmaison bij Parijs. Een poging om naar Amerika te vluchten werd verijdeld omdat de Engelsen alle havens hadden afgegrendeld. Vervolgens vroeg hij politiek asiel aan in Engeland. Hij probeerde dat op diplomatieke wijze: Laat ik mij onderwerpen aan de edelmoedigste van mijn vijanden.
Napoleon had het terugtrekkende Pruisische leger laten achtervolgen door Grouchy met een leger van 35.000 man (het Franse 3e en 4e korps). Maar dit was op ontoereikende wijze gebeurd, en von Blücher kon zijn leger hergroeperen en richting Wellington trekken.


Door de Pruisische nederlaag bij Ligny was Wellingtons positie bij Quatre-Bras onhoudbaar geworden. De 17e juni, een dag waarop het vrijwel voortdurend regende, liet hij het Geallieerde leger terugtrekken en verzamelen achter een natuurlijke glooiing, het plateau van Mont-Saint-Jean ten zuiden van Waterloo. Wellington had per brief vernomen dat von Blücher parallel met hem terugviel richting Waver en hem bij zou staan. Het was dus zaak om de Franse aanval zo lang mogelijk te weerstaan, totdat de Pruisen zouden arriveren om zich met hen te verenigen. Hij stelde zijn legers op langs de weg van Braine l'Alleud naar Genappe en wachtte daar de vijand op.


 Nederlandse troepen bij Waterloo...
Aan beide zijden van het front vochten Nederlanders (incl. wat men later Belgen zou gaan noemen) omdat tal van in de Franse tijd in Nederland gerekruteerde militairen nog in Franse dienst waren.
Aan Nederlandse zijde valt de "Indiaansche Brigade" op. Dit waren troepen die naar Java hadden moeten vertrekken maar hun vuurdoop bij Waterloo ondergingen.


 Waterloo...
De nacht van 17 op 18 juni regende het nog altijd[1]; de lössachtige grond veranderde in bruine modder. Dat was de reden dat Napoleon de volgende dag pas om half twaalf het sein tot de aanval gaf. Maar ook toen was het nog te nat om artillerie snel te kunnen verslepen. Mede daardoor slaagde Napoleons broer Jérôme Bonaparte er niet in de kasteelboerderij Hougoumont te nemen. Die aanval was een afleidingsmanoeuvre voor de centrale aanval die omstreeks twee uur 's middags door maarschalk Ney tegen Mont-Saint-Jean werd ingezet. Echter, op bevel van Jerome werden meer en meer Franse troepen tegen Hougoumont gedirigeerd. Het gevolg was dat het niet de Geallieerden hun linies verzwakten om Hougoumont te versterken, maar juist de Fransen meer en meer troepen in deze sector verloren.
Aan de aanval ging een incident vooraf dat een belangrijke invloed had op het aanzien van het Nederlandse leger bij de Engelsen. De brigade van Bylandt, die bij Quatre Bras reeds forse verliezen had geleden, was tot stomme verbazing van vele ooggetuigen en geschiedschrijvers, vóór de geallieerde linie opgesteld. Ze stonden zo open en bloot voor de Fransen, terwijl de rest van het geallieerde leger achter de heuvelkam stond. Bovendien waren de flanken ongedekt. In tegenstelling tot de daarop ontstane mythe, werd de Brigade Bylandt overigens wel op tijd teruggetrokken achter de heuvelkam, en heeft ze uiteindelijk weinig slachtoffers geleden.


Ondertussen werd er door de Fransen een 'Grande Batterie' verzameld van 76 kanonnen en houwitsers. Omstreeks 1 uur 's middags barstte het bombardement van deze 'grande batterie' los. Het bombardement had minder effect dan verwacht: de Britten en Nederlanders stonden beschut achter de heuvelkam opgesteld, en hadden zelfs het bevel gekregen te gaan liggen. De zeer drassige grond heeft mogelijk bijgedragen aan het verminderde effect van de artillerie: scherven werden erdoor geabsorbeerd, en massieve kogels "stuiterden" niet zoals op harde grond.
 d'Erlons aanval




Battle of Waterloo...Part IV...English
 

Scenario Map of Waterloo...

La bataille de Waterloo s'est déroulée le 18 juin 1815. Elle s'est terminée par la victoire décisive de deux armées : celle des Alliés composée principalement de Britanniques et Néerlandais, commandée par le duc de Wellington, et celle des Prussiens, commandée par le maréchal Blücher ; toutes deux opposées à l'armée française dite Armée du Nord emmenée par l'empereur Napoléon Ier.


La commune de Waterloo se situe à une vingtaine de kilomètres au sud de Bruxelles, en Belgique. La bataille est aussi appelée par les partisans de Napoléon bataille de Mont Saint-Jean, lieu plus précis de l'engagement effectif.
Cette bataille est la dernière à laquelle prit part directement Napoléon Bonaparte, qui avait repris le contrôle de la France durant la période dite des Cent-Jours. Malgré son désir de poursuivre la lutte avec de nouvelles forces qui se reconstituaient, il dut, par manque de soutien politique, abdiquer quatre jours après à son retour à Paris

Prélude...
En mars 1815, une nouvelle coalition se constitue au Congrès de Vienne pour combattre Napoléon, qui a quitté l'île d'Elbe. Louis XVIII a fui à Gand. L'armée des alliés (Cf. infra) de Wellington et l'armée prussienne de Blücher arrivent les premières en Belgique.
Le 16 juin, les troupes françaises sont, le même jour, opposées à des unités de Wellington aux Quatre-Bras (une dizaine de km au sud du champ de bataille de Waterloo) et à trois des quatre corps prussiens à Ligny (une dizaine de km au sud-est des Quatre-Bras).
Le commandement de l'aile gauche française (1er et 2e Corps) est confié au maréchal Ney avec la mission de s'emparer des Quatre-Bras. Ney perd beaucoup de temps ; ce qui permet l'arrivée de renforts alliés.
Avec les 3e et 4e Corps, Napoléon parvient à fixer les Prussiens à Ligny. Il veut saisir l'occasion pour les neutraliser définitivement. Pour cela, il ordonne au 1er Corps (réserve de Ney) de venir couper les arrières prussiens quitte à retarder la prise des Quatre-Bras. Mal ou non informé de cette décision de l'Empereur, Ney rappelle cette unité qui fera donc un aller-retour inutile; privant ainsi Napoléon d'une victoire décisive sur les Prussiens.
L'armée de Blücher perd 12 000 hommes à Ligny. Le vieux maréchal de 73 ans, dont le cheval a été tué, échappe de peu à la capture mais son brillant chef d'état-major, Gneisenau, organise un repli remarquable sur Wavre. Ce n'est que le lendemain, le 17, que Napoléon confie le commandement de son aile droite (34 000 hommes) au maréchal Grouchy avec mission de poursuivre les Prussiens.
Informé de la défaite des Prussiens, Wellington fait replier ses unités des Quatre-Bras sur la position reconnue de Mont Saint-Jean où Blücher a promis de le rejoindre. Le mouvement se fait discrètement, couvert par la cavalerie. Ney ne s'en aperçoit que le 17 après-midi alors que l'orage transforme le terrain en bourbier.


La bataille Les forces et le plan de Wellington ...
L'armée de Wellington, appelée « Armée des Alliés », comprend, à Waterloo, 68 000 hommes répartis comme suit : 25 000 Britanniques, 17 000 Belgo-Hollandais, 10 000 Hanovriens, 7 000 Brunswickois, 6 000 hommes de la King's German Legion et 3 000 Nassauviens.
Wellington a déployé son armée sur le plateau de Mont-Saint-Jean, face au sud, de part et d'autre de l'axe Charleroi-Bruxelles. Par mesure de protection et de surprise, la plupart des unités sont sur la contre-pente mais le dispositif est précédé, d'ouest en est, par trois points d'appui constitués de grosses fermes barricadées et défendues : Hougoumont, La Haye Sainte et Papelotte.


Les forces et le plan de Napoléon ...
Le matin du 18 juin, l'armée de Napoléon prend position à environ un kilomètre au sud du plateau avec :
à l'ouest de la route, le IIe Corps de Reille (20 000 hommes) précédant le IIIe Corps de cavalerie de Kellermann (3 400 cavaliers) et la division de cavalerie de la Garde de Guyot (2 100 cavaliers) ;
à l'est de la route, le Ier corps de Drouet d'Erlon (20 000 hommes) précédant le IVe Corps de cavalerie de Milhaud (2 700 cavaliers) et la division de cavalerie de la Garde de Lefèbvre-Desnouettes (2 000 cavaliers).
en arrière, le VIe Corps de Lobau (10 000 hommes), les divisions de cavalerie de Domon et de Subervie (chacune 1 200 cavaliers) et trois divisions d'infanterie de la Garde (9 000 hommes).
Le plan de Napoléon est de mener l'attaque principale à l'est et au centre en y incluant la ferme de la Haye Sainte (centre du dispositif allié). Il fait déployer 80 canons (appelés la grande batterie) devant le Ier Corps.
Afin d'attirer les réserves de Wellington vers l'ouest, il charge d'abord le IIe Corps de lancer, avec uniquement la division Jérôme (commandée par le frère de l'Empereur), une attaque de diversion à l'ouest, sur la ferme Hougoumont.
Il a plu toute la nuit; le terrain est détrempé. La mise en place de l'artillerie, dans la boue, est difficile. Le début de l'attaque est retardé. Par la suite, l'efficacité des tirs est réduite (les boulets s'enfoncent dans la terre au lieu de rebondir par ricochets). La progression de l'infanterie et de la cavalerie n'est guère aisée.


L'attaque de diversion ...
À 11h30, à l'ouest, démarre l'attaque de diversion menée par le Prince Jérôme contre le château-ferme de Hougoumont. Le Prince s'acharne et, malgré le renfort d'une brigade voisine, toutes les attaques françaises sont repoussées. À 13h30, quelques hommes parviennent à pénétrer par une brèche ouverte à coups de hache dans une porte ; ils sont tous massacrés sauf un jeune tambour. Hougoumont devient, durant toute la journée, une bataille dans la bataille mobilisant inutilement 8 000 hommes du côté français contre seulement 2 000 du côté allié.


 Hougoumont.


L'attaque du Ier Corps ...
À 13h00, à l'est, les 80 canons de la grande batterie déployés sur 1 400 m ouvrent le feu. À 13h30, le Ier Corps d'Erlon démarre la progression avec ses quatre divisions d'infanterie. Chaque division a un front d'environ 140 m (180 hommes) et une profondeur de 24 rangs. À l'ouest du dispositif d'Erlon, la division commandée par Quiot (en l'absence d'Allix) est chargée de prendre la Haye Sainte. Elle est flanquée d'une brigade de cuirassiers du Corps Milhaud (deux, selon certaines sources qui citent les brigades Travers et Dubois).
La Haye Sainte est fermement défendue par le bataillon du major Baring de la King's German Legion. À l'est de la ferme, le général britannique Picton (qui y sera tué) mène une contre-attaque avec des régiments d'infanterie écossais. Wellington charge le commandant de sa cavalerie, Lord Uxbridge], de faire contre-attaquer les brigades de cavalerie lourde Sommerset et Ponsonby (dont les célèbres Scots Greys). Les Français, surpris en plein déploiement sont désorganisés et se replient. Dans leur élan, les deux brigades de cavalerie britanniques vont même jusqu'à attaquer la grande batterie mais elles se font alors décimer par la cavalerie française restée en arrière et sont mises définitivement hors combat.


Les charges de la cavalerie française ...
À 15h00, après réorganisation du Ier Corps et nouveau tir de préparation de la grande batterie, une nouvelle attaque est menée pour s'emparer du verrou que constitue la Haye Sainte. Suite à la canonnade, Wellington fait replier son centre. Ney croit à un repli général. D'initiative, il entraîne tous les cuirassiers de Milhaud suivis par la division de cavalerie de Lefèbvre-Desnouettes dans des charges à l'ouest de La Haye Sainte, là où l'infanterie alliée est toujours intacte. C'est le fameux affrontement de la cavalerie française et des carrés d'infanterie britannique. C'est aussi l'épisode (exagéré par Victor Hugo dans Les Misérables) du chemin creux.
Napoléon estime l'action prématurée mais, à 17h00, vu la situation, envoie, en renfort, le corps de cavalerie de Kellermann et la division de cavalerie de Guyot. Avec la cavalerie déjà engagée, cela fait un total de plus de 10 000 cavaliers français.


L'arrivée des Prussiens ...
Entre-temps, de 14 à 16h, Napoléon a dû déployer sur son flanc Est les divisions de cavalerie Domon et Subervie et le VIe Corps de Lobau afin de faire face à l'arrivée de l'avant-garde prussienne. La capture d'un cavalier prussien envoyé en éclaireur avait révélé la menace. Napoléon avait fait envoyer, dès 10h00, un courrier à Grouchy lui ordonnant de se rapprocher. Le maréchal n'aurait reçu l'ordre qu'à 17h00. Les heures d'envoi, de réception et l'interprétation du message font l'objet de discussions entre historiens. Le maréchal Soult, chef d'état-major à Waterloo, chargé de transmettre et de faire exécuter les ordres de l'Empereur, n'avait pas, dans cette fonction, la rigueur et l'efficacité de Berthier.


La prise de la Haie Sainte...
Sur le front principal (devant l'actuel Lion de Waterloo élevé à l'endroit où le prince héritier des Pays-Bas fut blessé), la bataille continue à faire rage. Lors de chaque charge française, les artilleurs britanniques se replient dans les carrés. Les canons alliés, placés en avant, ne sont ni encloués (enfoncement d'un clou dans la lumière de la pièce rendant sa mise à feu impossible) ni emportés si bien qu'ils redeviennent utilisables avant chaque nouvelle charge. Il y en a plus d'une dizaine et Ney a cinq chevaux tués sous lui. Erreur tactique, la cavalerie française n'est pas suivie d'infanterie et le IIe Corps de Reille (moins la division Jérôme engagée à Hougoumont) n'attaque qu'à 18h30. À ce moment, la Haie Sainte tombe enfin aux mains des Français. Ney fait avancer des canons qui prennent d'enfilade les positions britanniques. La situation des Alliés est critique. Ney demande des renforts pour en finir mais vu la menace prussienne, Napoléon refuse.


Les combats de Plancenoit ...
Sur le flanc est, sous la pression des Prussiens, le corps de Lobau débordé a dû se replier. La division de la Jeune Garde commandée par Duhesme a été envoyée pour reprendre Plancenoit. À 18h30, elle a même dû être renforcée par deux bataillons de la Vieille Garde qui délogent l'ennemi à la baïonnette


Napoléon fait donner la Garde...
Protégé à l'est par l'arrivée des Prussiens, Wellington peut récupérer des unités pour renforcer son centre. Aussi, à 19h30, quand Napoléon fait donner la Garde sur les positions alliées, il est trop tard. L'élite de l'élite que constituent les grenadiers de Friant et les chasseurs à pied de Morant (dont fait partie le célèbre général Cambronne) ne peut rien contre la conjugaison de l'artillerie, de l'infanterie et de la cavalerie de Wellington. La Garde impériale recule, ce qui crée le désarroi dans le reste de l'armée française.


À 21h00, Wellington et Blücher se rencontrent à la ferme de la Belle-Alliance (nom prédestiné dû au mariage d'un valet de ferme avec sa riche patronne devenue veuve). Napoléon a fui. Wellington, dont les troupes sont épuisées, laisse aux Prussiens la tâche de poursuivre. Wellington rentre à son QG, y rédige son rapport et donne à la bataille le nom de l'endroit où il se trouve : Waterloo.


Battle of Waterloo...Part V...English
 

Die Schlacht bei Waterloo

Die Schlacht bei Waterloo [ˈvɑːtərloː] (auch Schlacht bei Belle-Alliance) vom 18. Juni 1815 war die letzte Schlacht Napoleon Bonapartes. Sie fand ca. 15 km südlich der belgischen Hauptstadt Brüssel in der Nähe der Stadt Waterloo statt.
Die Niederlage der von Napoleon geführten Franzosen gegen die britisch-niederländisch-deutschen Truppen unter General Wellington und die mit ihnen verbündeten Preußen unter Feldmarschall Blücher beendete Napoleons Herrschaft der Hundert Tage und führte mit dessen endgültiger Abdankung am 22. Juni 1815 zum Ende des Ersten Französischen Kaiserreichs.
Nach dieser zweiten völligen militärischen Niederlage innerhalb kurzer Zeit wurden Frankreich im Zweiten Pariser Frieden verschärfte Friedensbedingungen auferlegt und Napoleon selbst als Kriegsgefangener der Briten auf die Atlantikinsel St. Helena gebracht, wo er als Verbannter am 5. Mai 1821 starb.
Die Verwendung des Begriffs Waterloo als Synonym für eine totale Niederlage, wie etwa „Das ist mein Waterloo." oder „Er steht vor seinem persönlichen Waterloo." hat ihren Ursprung in dieser Schlacht.
Vorbereitungen Napoleon übernahm das Oberkommando über die Armee, aber er konnte nicht mehr auf seine alte Mannschaft zurückgreifen. Marschall Louis Alexandre Berthier, sein ehemaliger Generalstabschef, war tot, den Marschall Joachim Murat sah er als Verräter an. Andere Marschälle weigerten sich zu dienen, entweder aus Altersgründen oder weil sie Ludwig XVIII. einen Treueid geleistet hatten. Napoleons Ernennungen im Jahre 1815 werden von Historikern oft kritisiert. Marschall Nicolas-Jean de Dieu Soult, ein fähiger Befehlshaber in selbständiger Stellung, wurde Generalstabschef, obwohl er keine Ausbildung dafür hatte. Marschall Emmanuel de Grouchy sollte erst die Kavallerie führen, wofür er besonders geeignet war. Ihm wurde später der Befehl über den rechten Armeeflügel übertragen, obwohl er nie auch nur ein Korps befehligt hatte. Der linke Flügel wurde Marschall Michel Ney anvertraut, dessen Abfall von den Bourbonen und Übergang zu Napoleon für dessen Triumphzug nach Paris von größter Bedeutung gewesen war. Man wusste von ihm, dass er ein Kämpfer, aber kein Denker war. Marschall Louis-Nicolas Davout, der wohl fähigste der Marschälle, blieb als Kriegsminister zurück, um Paris für den Kaiser zu halten.
Über französische Sympathisanten in den Niederlanden hatte Napoléon eine klare Vorstellung von der Truppendisposition seiner Feinde. Die Armeen waren in loser Korpsformation gruppiert. Die Preußen lagen im Gebiet Lüttich – Dinant – Charleroi – Tienen. Wellingtons Armee, die neben britischen auch niederländisch-belgische, hannoversche, braunschweigische und nassauische Einheiten umfasste, befand sich im Gebiet Brüssel – Gent – Leuze – Mons – Nivelles. Das Zusammenziehen einer solchen Armee konnte Tage dauern. Die Verbindungslinien beider Armeen führten auseinander. Wellingtons verlief nach Norden, die von Blücher ostwärts nach Deutschland. Bei einem etwaigen Überraschungsangriff, der sie zum Rückzug zwang, würden die Verbündeten auf diesen Wegen zurückgehen. Napoleon wollte erst die eine, dann die andere Armee schlagen, ohne sich um die jeweils andere kümmern zu müssen. Die Aufstellung Napoleons war für eine solche Bewegung ideal ausgerichtet. Zwei Flügel unter Ney und Grouchy sollten der Armee vorausgehen und Napoleon in der Mitte folgen, wobei er das Gewicht wahlweise auf die eine oder andere der Flanken werfen konnte.


Am 15. Juni überschritt die französische Armee die Grenze zu Belgien, bei Anbruch der Nacht nahm Napoleon Quartier in Charleroi. Seine Armee war zusammengezogen und stand zwischen den Verbündeten. Während des Abendessens erfuhr Wellington vom Prinzen von Oranien, dass französische Aufklärer Quatre-Bras erreicht hatten, eine wichtige Straßenkreuzung auf dem Wege der Armee zum Treffen mit Blücher. Er hatte mit einer Umgehung an seiner rechten Flanke gerechnet und daher damit begonnen, seine Armee bei Nivelles zusammenzuziehen, weit entfernt von Quatre Bras und Sombreffe. Der niederländische Befehlshaber bei Quatre Bras hatte die Bedeutung des Kreuzweges erkannt und sich über die Befehle, nach Nivelles zu gehen, hinweggesetzt. Zwei Brigaden hielten jetzt diesen wichtigen Punkt, der 55 km von Brüssel entfernt war. Die Kreuzung konnte durch die Niederländer und nach und nach eintreffende britische und braunschweigische Verstärkungen den ganzen 16. Juni hindurch gehalten werden (Schlacht bei Quatre-Bras).


Ney, der vor sich einen leichten Hang sah, der bis zur Kreuzung führte, nahm an, dass dieser zwar nur von schwachen Kräften gehalten werde, dass aber dahinter verborgen die verbündete Armee in voller Stärke liege. Seine Erfahrungen in Spanien hatten Ney gelehrt, Angriffe auf Wellington in vorbereiteten Stellungen zu unterlassen. So führte er am Vormittag nur Erkundungsangriffe durch und verpasste die Chance, die Kreuzung vor dem Eintreffen der Verstärkungen zu nehmen. Am gleichen Tag stellten sich die Preußen in einer vorher ausgekundschafteten Stellung dem französischen Angriff und wurden in der Schlacht bei Ligny geschlagen. Napoleon konnte keinen entscheidenden Sieg erringen, da das französische I. Korps auf dem Marsch von Quatre Bras nach Ligny widersprüchliche Befehle erhielt und damit weder in der Schlacht von Quatre Bras noch bei Ligny eingesetzt werden konnte. So war es den preußischen Truppen möglich, sich einer Vernichtung zu entziehen und mit einer weitgehend intakten Armee den Rückzug anzutreten.


Feldmarschall Blücher war in der Schlacht verwundet und beinahe gefangen genommen worden. Das Kommando führte deshalb in der folgenden Nacht sein Generalstabschef, Generalleutnant von Gneisenau, der dafür sorgte, dass der Rückzug nicht wie von den Franzosen erwartet in östlicher, sondern in nördlicher Richtung auf Wavre erfolgte, von wo die Preußen entweder Wellington zur Hilfe kommen oder sich nach Osten zurückziehen konnten - ein für den Ausgang der späteren Schlacht entscheidender Faktor.
Nachdem Wellington am Morgen des 17. Juni von der Niederlage der Preußen in der Schlacht bei Ligny und deren Rückzug auf Wavre erfahren hatte, brach er um 10 Uhr von Quatre-Bras auf und nahm Stellung zwischen dem Städtchen Braine-l'Alleud und dem Meierhof Papelotte. Seine Hauptmacht hatte er bis zum Morgen des 18. Juni in zwei Abteilungen beiderseits der Straße von Charleroi nach Brüssel auf einem von Westen nach Osten laufenden Höhenzug aufgestellt. Vor der Front des rechten Flügels lag das Schloss Hougomont, in der Mitte die befestigte Farm La Haye Sainte, vor dem äußersten linken Flügel die Gehöfte Papelotte und La Haye.


Wellington musste nach dem unglücklichen Ausgang der Schlacht bei Ligny erwarten, von Napoleons Hauptmacht angegriffen zu werden, und beschränkte sich daher bis zur Ankunft der Preußen gänzlich auf die Verteidigung. Napoleon hatte seines Gegners Stellung sorgfältig bedacht und die Truppen erst gegen 10 Uhr vormittags aus ihren Nachtlagern aufbrechen lassen. Er stellte sie ungefähr 2 km von dem Feind entfernt so in Schlachtordnung auf, dass die Infanterie zwei Treffen, die Kavallerie ein drittes bildete.
Napoleons Plan war, den Hauptangriff auf den linken Flügel Wellingtons zu richten; ein Sturm auf Hougomont sollte von dieser Bewegung ablenken und einen Teil der feindlichen Kräfte dorthin ziehen. Des Regens wegen, der die ganze Nacht hindurch gefallen war, konnte der Angriff erst um 11:30 Uhr beginnen.


Entscheidende Entschlüsse ...
Napoleon verschob den Angriff von 9:00 auf 11:30 Uhr, angeblich damit das Erdreich trocken wurde, was der Artillerie die Möglichkeit gab, leichter Stellungswechsel vorzunehmen, und zudem die Wirkung abprallender Kugeln erhöhte. Dies wird allerdings angezweifelt, da seine Truppen erst gegen 11 Uhr ihre Angriffspositionen gegenüber den Alliierten einnahmen und manche gar nicht vor 13 Uhr. Es scheint daher, dass der befohlene Verzug weniger auf feuchtes Erdreich zurückzuführen ist, als auf die Aufstellung der Einheiten am Abend zuvor und auf die Erschöpfung der französischen Truppen und schließlich die Verstopfung der einzigen vorhandenen Anmarsch-Straße.
Des Weiteren unterließ er es, frühzeitig die Befehle an Grouchy zu senden, so schnell wie möglich in Richtung Wavre vorzugehen und mit ihm Fühlung zu halten.


Die Schlacht ...
Die 6. französische Infanteriedivision unter Jérôme Bonaparte rückte um 11:30 Uhr gegen das Schloss Hougomont vor. Das davor liegende Lustwäldchen fiel nach mehrstündigem Gefecht in die Hand der Franzosen, der Verlust führte jedoch zu umso hartnäckigerer Verteidigung des Vorhofes und des Schlosses selbst durch ein britisches Gardeinfanterieregiment mit Verstärkung durch braunschweigische und nassauische Abteilungen.
Der Angriff auf den linken Flügel der Alliierten wurde durch das Feuer von 70 Geschützen eröffnet, doch verzögerte er sich etwas, da Napoléon gegen 13:30 Uhr die unerwartete Nachricht vom Anmarsch der Preußen in seiner rechten Flanke erhielt. Darauf reagierte er aber nur zögerlich und unzureichend.


Ebenfalls gegen 13:30 Uhr griff Marschall Michel Ney mit der Infanterie des I. Korps unter Marschall d'Erlon La Haye Sainte an. Dieser Hof wurde von knapp 400 Mann aus dem 2. Leichten Bataillon der King's German Legion (KGL) unter Major Georg Baring, später verstärkt durch Schützen des 5. Linienbataillons KGL, des 1. Leichten Bataillons KGL und einige Nassauer, gehalten. Die Franzosen konnten La Haye Sainte nicht erobern, sondern drangen unter großen Opfern um den Hof herum vor und versuchten die Hügel zu stürmen, auf denen niederländische Truppen postiert waren. Als diese zurückwichen, griffen General Picton mit zwei Infanteriebrigaden (die 8. unter Sir James Kempt und die 9. unter Sir Denis Pack) und dann Somerset und Ponsonby mit der 1. und der 2. britischen Kavalleriebrigade (Reiterei) an. Sie warfen die Franzosen zurück und verfolgten sie bis unter ihre Batterien, die Generäle Picton und Ponsonby fanden dabei den Tod. Von der britischen Kavallerie blieb fast die Hälfte auf dem Schlachtfeld. Aber der erste große Angriff war abgeschlagen, und 3.000 Franzosen waren in Gefangenschaft geraten.
Nach einer Pause, während der die Franzosen eine furchtbare Kanonade mit 84 Geschützen eröffneten, unternahm die französische Reiterei mit 40 Schwadronen einen zweiten Angriff, um zwischen La Haye Sainte und Hougomont durchzubrechen. Trotz des Kartätschenhagels erklomm sie die Höhe; erst als sie auf 30 Schritt an die englischen Karrees herangekommen war, eröffneten diese ein verheerendes Feuer. Zugleich stürmte die verbündete Kavallerie hervor und warf die französische Reiterei zurück. Auch deren zweiter Versuch scheiterte am Widerstand der Alliierten, ebenso ein dritter, der mit mehr Nachdruck unternommen wurde und bei dem die französische Reiterei durch Kellermanns schwere Reiterei und Einheiten der Kaiserlichen Garde auf 77 Schwadronen verstärkt worden war. An der Kavallerieattacke beteiligten sich im Laufe der Schlacht mehrfach Einheiten, die möglicherweise nicht an diesem Angriff hatten mitwirken sollen, sondern sich von der Masse der stürmenden Kavallerie mit in den Kampf reißen ließen. Dies ergibt sich jedenfalls aus französischen Quellen und Aussagen, deren Wahrheitsgehalt allerdings unterschiedlich bewertet wird. Die Angriffe scheiterten unter anderem daran, dass die Infanterie nicht rechtzeitig und in ausreichender Stärke nachgeführt wurde, um Unterstützung zu geben.


Unterdessen tobte der Kampf der Infanterie um den Besitz der Dörfer und Gehöfte. Hougomont wurde trotz immer neuer Angriffe von den Alliierten behauptet, La Haye Sainte musste aber zwischen 17 und 18 Uhr geräumt werden, da die Munition trotz mehrfacher Anforderungen nicht geliefert worden war. Die KGL war mit Baker Rifles ausgerüstet, die ein anderes Kaliber hatten als die Gewehre der Linientruppen und deren Munition daher nicht benutzt werden konnte. Von den Männern waren nur noch 42 einsatzfähig. Wellingtons Heer war fast bis auf die Hälfte zusammengeschmolzen. Auch die Franzosen hatten große Verluste erlitten; aber sie waren bis dicht an die Linie der Verbündeten vorgedrungen und durften hoffen, sie durch immer neue Vorstöße zu ermüden und endlich zu bezwingen. Doch im Vertrauen auf die von Blücher zugesagte preußische Hilfe hielt Wellington stand. Die Überlieferung seiner Worte – ins Deutsche meist übersetzt als "Ich wollte, es wäre Nacht oder die Preußen kämen" – schwankt zwischen dem optimistischen "Either night or the Prussians will come." und dem militärisch kürzeren "I want night or Blucher!". Der Herzog von Wellington wurde seit 10 Uhr über eine eigens eingerichtete Kurierkette laufend über die preußischen Bewegungen und Planungen informiert.


Die Preußen erreichen das Schlachtfeld ...
Trotz der durch den Regen aufgeweichten Wege erreichten die Spitzen von Bülows Korps nach 13 Uhr den östlichen Rand des Schlachtfeldes bei St. Lambert. Um 16:30 Uhr konnte Bülow zunächst mit zwei Brigaden, ab 17:30 Uhr mit seinem ganzen Korps bei Frichemont zum Angriff auf General Lobau übergehen, der mit zwei Divisionen den Preußen entgegengeschickt worden war, um sie aufzuhalten. Doch dazu war Lobau bereits zu schwach. Er musste sich auf Plancenoit, ein Dorf ungefähr im Rücken des französischen Zentrums, zurückziehen, um dessen Besitz nun ein hitziger Kampf entbrannte.


Napoleon schickte General Lobau zwölf Bataillone der Jungen Garde mit 24 Geschützen zu Hilfe, um Plancenoit in jedem Fall gegen die inzwischen auf 45.000 Mann verstärkten Preußen zu halten. Er selbst beschloss, mit einem letzten großen Schlag, ehe Plancenoit gefallen war, Wellingtons Schlachtlinie zu durchbrechen und so eine Niederlage abzuwenden. Die verbleibende einsatzbereite Infanterie von d'Erlons I. Korps und zehn Bataillone der Kaisergarde gingen zum Angriff vor, doch sie wurden von den Verbündeten unter Wellingtons persönlicher Führung zurückgeschlagen. Überall waren die Franzosen nun im Weichen begriffen und sammelten ihre Reste bei Belle-Alliance. Nur die Garde bewahrte einigermaßen ihre Haltung. Ihrem kommandierenden General Pierre Étienne Cambronne wird das Zitat „Die (alte) Garde stirbt, aber sie ergibt sich nicht - la vieille garde meurt, mais elle ne se rend pas" zugeschrieben. In manchen Quellen wird allerdings behauptet, Cambronne habe angesichts des drohenden Todes durch eine in unmittelbarer Nähe aufgefahrene britische Batterie lediglich „Merde" („Scheiße", danach auch „le mot de Cambronne" genannt) gebrüllt. (Der General ergab sich, überlebte die Schlacht schwer verletzt und schwieg sich bis zu seinem Tode über das „Wort" beharrlich aus.)


Zu dieser Zeit eroberten die Preußen schließlich Plancenoit, drängten dem geschlagenen Feind energisch nach, drückten seinen rechten Flügel völlig ein und verwandelten seinen Rückzug in wilde Flucht. Blücher und Wellington trafen um 21 Uhr bei Belle-Alliance zusammen. Die Verfolgung betrieben die Preußen unter Gneisenaus Leitung nachdrücklich die ganze Nacht hindurch. Die Flucht der Franzosen ging über Charleroi und Philippeville nach Laon, wo sich höchstens 2.000 Mann zusammenfanden.


Die unmittelbaren Ergebnisse der Schlacht waren bedeutend. Der gesamte Artilleriepark, die Geschütze und die Feldequipage des Kaisers fielen in die Hände der Sieger. Die Franzosen verloren mit allen Toten, Verwundeten und Gefangenen mehr als die Hälfte der Armee, außerdem 182 Geschütze. Der Verlust auf Seiten der Verbündeten betrug 1.120 Offiziere und 20.877 Mann. Auf St. Helena schrieb Napoleon dem scheinbar willkürlichen Vordringen der Reservekavallerie und dem Nichteintreffen des Marschall Grouchy die Schuld an seiner Niederlage zu. Grouchy behauptete später, den von Napoleon am 18. Juni vormittags gegebenen Befehl erst nach 19 Uhr erhalten zu haben, seine Generäle Girard und Vandamme widersprachen dem allerdings, und auch Soult bestätigte, auf Napoleons Aufforderung mehr als nur einen Kurier geschickt zu haben.


Zum scheinbar „willkürlichen" Vordringen der Kavallerie ab etwa 16 Uhr bemerken Historiker: Selbst wenn der erste Angriff nicht unmittelbar von Napoleon befohlen gewesen sein sollte, unternahm er in der Folge nichts, um entweder diese Kavallerieattacken hinreichend mit Infanterie (Garde) zu unterstützen oder aber den Angriff abzubrechen, der immerhin über einen Zeitraum von rund zwei Stunden erfolgte und schließlich etwa 9.000 Reiter umfasste. Im Gegenteil, es wird als gewiss betrachtet (Houssaye, 1815), dass Napoleon persönlich der zunächst zurückgehaltenen Brigade Kellermann befahl, anzureiten und die allgemeine Kavallerieattacke zu unterstützen, was aus heutiger Sicht ebenfalls militärisch sinnlos war und spätere Gegenargumente und Vertuschungsversuche bezüglich eines persönlichen „Unbeteiligtseins" Napoleons ausreichend entkräftet.


Zum Fragenkomplex „Grouchy" wird meist kommentiert, dass Grouchy nur von Nutzen hätte sein können, wenn er die Befehle am 18. Juni früh erhalten hätte, da die zurückzulegende Entfernung seiner Truppen von Gembloux zum Schlachtfeld weit länger war als der Weg der Preußen von Wavre. Für eine rechtzeitige Intervention hätten entsprechende Nachrichten und Befehle bereits am 17. Juni nachts an Grouchy ergehen müssen.
Es besteht aber kein Zweifel an der Tatsache, dass Napoleon der Ernst seiner Lage am 18. Juni erst gegen 13:30 Uhr klar wurde und er zunächst auch annahm, mit Bülows Korps fertigwerden zu können. Er wusste nicht, dass Ziethen auf dem Marsch war, um Wellingtons wankende linke Flanke zu unterstützen. Ebenso wenig ahnte Napoleon, dass schließlich General von Pirchs Brigaden, die hinter Bülow aufmarschierten, Plancenoit flankierend nehmen und alsbald die direkte Rückzugslinie der Franzosen unterbrechen würden. Als dann gegen 18:30 Uhr die ersten Salven preußischer Zwölfpfünder auf der Straße von Charleroi nach Brüssel niedergingen, war Napoleons fehlerhafte Strategie dieses Feldzugs offenkundig.


Napoleon selbst hatte an diesem Tag seine gewohnte feste und kaltblütige Haltung verloren und durch den letzten verzweifelten Angriff die Vernichtung seines Heeres und damit den Verlust seiner hunderttägigen Herrschaft militärisch zu verantworten. Aus historischer Sicht werden meist drei Fehler von Napoleon genannt, die er vor der Schlacht beging:
Am Morgen des 17. Juni hätte Napoleon mit seiner Übermacht an Infanterie und vor allem Artillerie Wellington erdrücken können, während die Preußen sich nach Ligny noch auf dem Rückzug befanden. Stattdessen besuchte er an diesem Morgen Verwundete. Außerdem unterließ er es, Ney den sofortigen Angriffsbefehl zu geben.
Sein zweiter Fehler war, dass er das taktische Geschick Wellingtons und die Kaltblütigkeit der Engländer unterschätzte. Der dritte Fehler war sein übergroßes Selbstvertrauen. Entsprechend den Informationen seines Bruders Jerome, der von den Plänen der Preußen durch einen Kellner des Gasthofes Roi d'Espagne erfahren hatte, hätte er Grouchy sofort nach Wavre beordern müssen. In diesem Fall wäre es lediglich dem Korps v. Bülow gelungen, auf dem Schlachtfeld zu erscheinen. Napoleon war der Ansicht, daß es den Preußen nach Ligny nicht gelingen würde, sich schnell von der Schlacht zu erholen und wieder anzugreifen.